........................................ Оарис ............................................ Явился лично? .......... Мне надо лишь с одним поговорить. .......... Не терпится узнать всё? Как обычно? .......... Ну что ж, мой любознательный, смотри.
Оарис свёрток развернул старинный, Листок пустой, но Арев разглядел. Слова искрились, излучали силу, Лишь он мог их прочесть средь всех людей. Оарис, Граст, Вилат, Марон, Дитейра Смотрели на листок. Немой вопрос. Взял Арев свиток — тот залился светом, Ему лишь текст увидеть довелось.
........................................ Марон .......... Ты шёл сюда отдать клочок бумаги? .......... При этом он пустой…
........................................ Оарис .................................................. Это не так.
........................................ Вилат .......... То Договор. Король лишь прочитает.
........................................ Граст .......... Но Кролан умер!
........................................ Арев ............................................ Я могу… Но как?..
Поднялся ветер. Тьму туман развеял, И в небе солнце засияло вновь, Оарис закричал, и крики тени У всех, кто слышал, холодили кровь. Закрыв глаза, стояли неподвижно Пять силуэтов. Ветер завывал. Оарис словно дрался… Безуспешно… Стихия крепла. Ветер побеждал. И словно птица, что рванула в небо, Оарис оторвался от земли, Тьма улетела от руин Котена, Остались теперь воины одни.
........................................ Арев .......... Я понял лишь одно — ты был при троне. .......... Кто был Етран и что произошло?
........................................ Вилат .......... Давно всё это было… но я помню. .......... Я расскажу, что знаю.
........................................ Арев .................................................. Хорошо.
19
Янат меня послал искать пещеры, Где тени укрывались от людей. Он бредил этим, а я тратил силы, Но не нашёл и следа я теней. Задание моё, как будто ссылка, Я это знал, но верить не хотел, Я верил в Короля и в его силу, И в правду слов, поэтому терпел. Но червь сомнений тихо грыз мне душу, Я стал вникать в приказы Короля. Я видел страх, там нет другого чувства. Средь слов увидел я врага — себя! Как так случилось, что попал в опалу? Что же Янат придумал? Я не знал. Власть потерять — теперь и это мало, Он стать хотел бессмертным, я мешал. Я долго ждал, когда Янат смягчится, Но он ушёл, и гнев унёс с собой. Я верил, что должно всё измениться, И вот пришёл на трон Нуол, другой. Как я ошибся, всё усугубилось. Теперь спокойствие навек ушло. И ссылка бесполезная продлилась, Не сразу я узрел лишь одного: Король иль Император, всё не важно, Правители теряли свою власть. Натиль пришёл слабее Аденара, Чем дальше — хуже… Как мог не понять? С тяжёлым чувством, словно предал брата, Я начал собирать к себе людей. Священный долг был воспитать солдата И сделать армию в сто крат сильней. Я верил, не напрасен труд мой будет, И время подтвердило — я был прав. Когда обман у правды руки крутит, Мой град не пал и честь не потерял. Нуол смог развалить до основанья, Что не успел в правлении Янат. Етран пришёл — нет хуже наказания, Империи пришёл тогда закат. Война… Безумие… Братоубийство… Тот ужас не дано мне описать. От злости, ярости скривились лица. Етран был трус, и он сумел сбежать. Он стал копировать дела Яната, Горели города ещё сильней. Увидев результат, он бросил «стадо» — Да, только так он называл людей. Оарис без присмотра был в темнице. Не знаю, как он вышел из неё. Металл истлел и больше не годился, Иль кто помог бежать ему… Но кто? Я даже не заметил его бегство. Оарис скрылся. Я по следу шёл, Но люди тоже совершали зверства, И, к сожаленью, тень я не нашёл. Я более о нём тогда не слышал, Совсем недавно вышел он на свет. Я видел: мир от войн почти не дышит И не продержится и пары лет. Етран оставил только море крови, Нет чести, правосудия, любви. Что мог, он извратил и был доволен. Благие души — редкие огни. Он хаос вызвал, наделив всех властью. Она способна погубить людей. Рабы обидчикам своим воздали, Хозяева губили королей. Наместника провозгласят над миром, И в тот же день его ведут на казнь. Лишь гробовщик прагматик и проныра, Растёт доход, и с ним же неприязнь. Такое время и такие нравы, То чёрные в истории года, Ещё чуть-чуть – и позабыли б правду, Но тут явилась армия моя. Не мог я видеть это разложенье, Я должен был очистить этот мир. Я был один. Тяжёлое решенье Я принял. Этим всё я изменил. Простые люди, вам дана свобода. Вы вольны выбирать что, где да как. Вы сами, не давая сердцу хода, Штамп ставите: король, купец, бедняк. Вы не хотите понимать закона: Вы все равны, и кровь у всех красна! Готовы пасть, чтобы надеть корону… Продать готовы, чтоб ходить в шелках. Порой меня обуревает ярость: А правда ли вас нужно защищать? Но, видя вашу внутреннюю слабость, Я всё же продолжаю помогать. Я знаю, что обязан это делать. Но не дано мне это объяснить. Лишь голос изначального завета, Что поручил одно: людей хранить! С заветом этим я отдал приказы, И армия прошла по всей земле. Всё изменилось сразу, в одночасье, И новый мир предстал во всей красе. Да, были те, кто биться с нами стали. Ни капли крови там не пролилось, Со страху бунтари все убегали. Всё очень быстро тихо улеглось. Я был один, был словно Император, Но не хотел я восходить на трон. В душе боролись чувства, было странно. Однажды ночью я услышал гром. Сквозь тучи тонкой, золотистой нитью На трон упал луч света и застыл. Он был живой, готов поклясться жизнью. Вдруг голос чей-то мне заговорил.