Тут вдруг Кайсай завёлся не на шутку, неожиданно вспомнив, что он воин и в голове всплыли наставления деда. Он тут же отметил, что дружба с этим белобрысым, пагубно повлияла на него. Из расчётливого и безжалостного убийцы, он стал, по примеру Кулика, сопли распускать. В человечность играть.
— Запомни, берсеркер, любая драка — это бой на смерть. По-другому, не выжить. И если ты не окрысишься и не порубишь их на чурбаки, то порубят тебя. Здесь нужны только сильные и умелые, а людей, которых ты так любишь, здесь нет. Здесь только воины. Ты понял меня?
Кайсай злобно глянул на Кулика и с облегчением осознал, по его свирепой физиономии, что понял.
С ареной для состязания, Кайсай угадал правильно. Кулика вызвали в центр, ненавязчиво поинтересовались почему воин без щита. Пожали плечами, мол, тебе видней и следом за белобрысым в круг, с разных сторон, вышли шестеро громил, у которых в одной руке был толстый круглый щит, а в другой, вместо боевого оружия, по крепкой дубине. Кайсай облегчённо вдохнул: «ну, хоть может не убьют, а так лишь, как следует отлупят».
Подняли наружные щиты по всему периметру и с той стороны, где стоял Кайсай, ничего видно не стало, поэтому он опять сел на травку и прислушался. Ничего не происходило. Гости, допущенные для просмотра, облепили щиты, заглядывая поверх их, а атаман с застольными, просто, вскочили прямо на столы и весело переговариваясь, продолжили пиршество стоя.
Кайсай, к своему сожалению, ничего не увидел и не услышал, из того, что там, на площадке, происходило. Потому что, как только началось, то вокруг все заревели таким диким ором, что хоть уши зажимай. Орали, свистели, улюлюкали. Единственное, что Кайсая несколько успокаивало, так только то, что это не закончилось сразу, а продолжалось, и продолжалось довольно долго, говоря о том, что Кулик, всё же держится и бьётся до сих пор.
Наконец, со стороны Кайсая раздвинулись на короткое мгновение щиты и оттуда выскочил здоровяк, как ошпаренный. В руках у него была измочаленная половинка щита, в другой палки, вообще, не было. Потерял. Выглядел он взъерошено и при этом тяжело дыша. Кайсай улыбнулся, с гордостью осознав, что его друг, даёт там мужикам просраться.
Затем, чуть погодя, ближе к выходу, выскочил ещё один, не менее потрёпанный, но при этом разгорячённо злой и ругающийся. Пока Кайсай со злорадной улыбкой наблюдал за ним, вдруг, боковым зрением уловил, что прямо с атаманского стола, через выставленные щиты, в круг, кто-то прыгнул. Рыжий вскочил на ноги, вытягивая шею, но ничего через плотное кольцо воинов разглядеть не смог. Народ взревел в едином порыве и тут же всё смолкло.
Щиты попадали и кольцо зрителей сжалось к центру. Наконец, толпа зашевелилась и все начали расходиться. Кайсай лишь мельком увидел, как мокрого Кулика, обняв за плечи, сам Агар вёл к своему столу. Он облегчённо выдохнул. Странно. Он абсолютно не переживал за свой поединок, а вот за белобрысого, переживал, как красна девка. Теперь отлегло. Молодой бердник вновь уселся на травку и стал ждать своей очереди.
Но произошло что-то не понятное. Зрители, что стояли за щитами, все как один, гуськом потянулись к выходу, захватив с собой всё ограждение. Кайсай сидел с закрытыми глазами, настраиваясь на бой, а когда понял, что вокруг стало тихо, открыл глаза и замер в изумлении. Поляна перед ним была пустая и чистая, и он на ней, по сути дела, сидел совсем один! Атаман с приближёнными продолжал пировать за столом.
Рыжий воин внимательно всмотрелся в его окружение. Кулика видно не было. На какое-то мгновение, он поймал взгляд атамана, но тот, тут же повернулся к царице степи, сидевшей по правую руку от него и о чём-то с ней, заговорил. «Ну, ладно», — подумал Кайсай, — «они меня видят. К столу не зовут и от стола не гонят. Значит сидим ждём. Интересно, что они для меня приготовили. А ведь приготовили какую-то пакость, нутром чую».
Ждать пришлось долго. Очень долго. Кайсай даже начал подумывать о том, что его испытывали на терпение. Он мысленно усмехнулся. Так сидеть, рыжий мог хоть до позеленения всех присутствующих. Гости напились, наелись, вскоре, вообще, вышли из-за стола и стали кучками прохаживаться, туда-сюда, и тогда Кайсай понял, что они кото-то ждут.
Наконец, из-за кибиток, послышался конский топот, и гости оживились, собравшись в центре поляны. Каково же было изумление Кайсая, когда в проходе, он опять увидел вездесущую Золотые Груди, вслед за которой, прошли с десяток девок малолеток. И тут он всё понял.