Виктория...
- Хватит. Не то я решу, что ты превратился в мямлю. - Она погрозила точёным пальчиком. - А мямля не сможет выполнить моё задание... А раз так, то я разозлюсь, и в гневе верну всё на место - то есть, распылю твоё сознание в состояние тихо угасающей пыли.
- Тебе что-то грозит? - посерьёзнев подал он голос.
Она усмехнулась:
- Глупыш. Что мне может грозить? Я - Высокая, на своей территории.
- А за моё спасение? Совет ведь приговорил меня, а ты...
- Ну, в общем-то, теперь уже никто ничего мне не предъявит, - неожиданно доверительно призналась Алоиза, придвигаясь поближе. - Они сделали то, что хотели... Просто я, захотела чуть больше их. Понимаешь?
Всё ещё лёжа в мягкой обволакивающей слабости, у него только и достало сил прошептать:
- Почему?..
Молчание. А потом короткая фраза:
- Алексей. Ты поможешь вернуть его мне. Из плена.
Тишина внутри... Тихо, спокойно...
Отец жив. Да? Да... Алоиза единственная из всех, кто ни разу его не обманывала. Скорее наоборот - она не раз и не два помогала, спасала его от ошибок, которые он мог допустить - в том числе и от самой фатальной, когда он успел всё же расстаться с Элисой...
А отец значит жив... Ишь ведь как...
- Жив Алексей. Он в плену. Все те годы после того как покинул Шотлэйнд. - Глаза женщины сверкнули страстью томления и ярости. - Ты мне поможешь освободить его! Это и твой долг!
Ульрик вспомнил надписи в книгах в библиотеке отца.
- Ты его любишь, по-прежнему... - тихо прошептал он, и Высокая отвернула лицо скрывая от него выражение тёмных глаз.
- Может быть, - согласилась она глухо. - Оставим это. Спи...
Не оборачиваясь, Высокая положила ему на лоб ладонь, и Ульрик провалился в серую пустоту.
***
Восемь часов обычного сна...
Хороший ужин...
Лёгкая разминка... и снова сон до утра...
Он в норме. Да.
- Даю тебе день на разминки и тренировки! - объявила Высокая. По её приказу в комнату зашли четверо воинов...
Оп-па! Гарджет! Волчара. Ты жив!
- Забирайте его, и чтобы к вечеру он был в полной боевой готовности... С нагрузками слишком не перебарщивайте, а через каждые два часа притаскивайте его ко мне на восстановление.
Алоиза уткнула палец в Ульрика:
- Ты постарайся. Завтра тебе в поход.
Он постарался. Точнее: над ним постарались.
Его целый день нещадно гоняли, мучили, били по-всякому... Не просто так били конечно. С оружием или без, ему ставили новые комплексы боя, при этом даже не требуя успевать реагировать на чужие удары. Гарджет сказал, что так надо. Что сознание Ульрика (сознание изменённого) само отреагирует на эти измывательства, и самым правильным образом. Вот так.
И потом к Алоизе - вот где блаженство! Высокая лично погружала его в транс и что-то там колдовала над ним, после чего всё тело полыхало энергией, а мышцы звенели тугой силой. По мысли парня, она вероятно каким-то образом разгоняла процессы клеточной регенерации до безумного темпа... а вот что там проделывала с его душой, то... Ух!
И двухчасовая пытка избиением начиналась по-новой.
После трёх таких курсов последовал приём пищи, и Алоиза снова призвала его к себе, приказав плотно закрыть в зале двери.
- Иди сюда, чадо ты моё несчастное, - со вздохом позвала женщина, усадив на стульчик перед собою. Усмехнулась. - Готов к очередной инициации?.. Цени!
Она положила правую руку ему на макушку, а левую себе на лоно - чуть ниже пупа. Склонила лицо - всмотреться ему в глаза...
- А прижиматься не надо? - невинно поинтересовался Ульрик. - Ну, помнишь?.. Туда.
Алоиза сощурилась:
- А ну заткнись кошак мартовский. Только-только из пелёнок, а уже туда же! Брысь!
Пурпурно-белое ослепительное сияние затянуло его вращающимся водоворотом блаженства...
Поздний вечер и небольшой овальный столик, сервированный на двоих. Царственно-домашняя Алоиза восседает напротив Ульрика, а за её плечом замер Гарджет, сложив на животе руки. Дориец в беседе не участвует. Высокая придаёт присутствию Капитана не больше внимания нежели мебели или псу, лежащему у её ног. Вот так Алоиза вероятно показывает ему разницу между ним и Дорийцем - своё отношение.
- А ведь ты мог бы быть моим сыном, - неожиданно заявляет Высокая, пощипывая ложечкой десерт.
Ульрик слегка смущён, он не знает, к чему Алоиза затронула эту тему.
- У тебя есть брат, по отцу. И сестра... - Женщина неожиданно раскрывается изнутри теплотой и даже нежностью. Но Ульрика словно солнечный луч упал. - Они далеко отсюда. Я не даю им участвовать ни в каких Играх. Хватит и того, что имеют... пока.