Юноша молча сидел и смотрел как барон ест; затем, не в силах разобраться в куче роящихся, наползающих одна на другую мыслей, встал и принялся тереть виски. Голова гудела, в душе саднило - Ульрик, желая отлаженным методом хоть немного прочистить мозги и успокоить чувства, отошёл к окну. Постоял, повпитывал синеву и спокойствие неба - и действительно, стало легче.
Нет, невесёлые мысли веселее не стали, а ситуация расписанная стариком не утратила своей крайней паршивости. Просто пришло понимание, что рассчитывать ему следует лишь на себя, барон ему не поможет. Да и вообще, кому есть дело до маяты юноши... Что, например, до него есть вон той служанке, копающейся в комнате справа?..
Там, у окна где он стоял, в обе стороны расходились распахнутые дверные проёмы делая трапезную частью общей анфилады. Так, повернув голову, юноша несколько секунд разглядывал вышивающую на пяльцах служанку.
Вот человечек. Не злой, не гневливый. С убеждённым рвением исполняет свои обязанности помогать во всём старику. И, может быть, барону и не найти лучшей помощницы - она тиха, верна и исполнительна...
Но знает ли она, что такое счастье? Что такое свобода?..
Впрочем, не стоит смешивать... в нашем мире, свобода слишком дорого стоит. Да наверно как и во всяком другом мире тоже. Тут главное не забыть, что свобода, без ответственности превращается в фарс.
Что же, корпи над своими пяльцами несчастливая женщина. Пусть рамки твоего ума не дают тебе осознать всей убогости твоего скудного быта, но не мне тебя судить. На этой земле множество самых разнообразных людей, и он, Ульрик, должен для них кое-что сделать: Убраться из Северного Шотлэйнда, из вотчины Госпожи, дабы две страны не изошлись в кровавом конфликте.
Да, пообщавшись с таким хорошим учителем как Диариий Агала, Ульрик значительно подкорректировал и расширил горизонты мышления.
Оставив в покое служанку, Ул по инерции глянул и в комнатку слева... и онемел...
... Она сидела не стуле повёрнутом боком около небольшого, круглого же столика. Совсем не по дамски уставив на столешницу локоть, Высокая подперев щёку ладонью, грустно смотрела в своё окошко - куда-то вдаль своих мыслей. Синее бархатное платье, с вырезом на спине, сплошное спереди до самой стройной шеи, с воротничком-ленточкой. Платье словно бы дополняло не тело, а взгляд Госпожи, исполненный тихой грустной задумчивости. Сколько она вот так сидит здесь?..
Проходят мгновения - в глазах Ульрика, она самое прекрасное и возвышенное существо из всего существующего во Вселенной.
Изящная ручка, скрытая до локтя рукавом с кружевной розеточкой, небрежно ложится на белую скатерть. Высокая поворачивает лицо к онемевшему парню, и ненадолго задержав на нём свой печальный взор, отворачивается обратно.
И он просыпается, и уже не раздумывая идёт и встаёт перед ней на колени. Не перед Правительницей! А вплотную... к женщине... Своевольно берёт опущенную на колено ладошку, приникает к руке губами. Застывает так...
И нет больше слов - они все уже сказаны. А чувства лучше слушать в безмолвии...
И она не сразу отнимает у него руку. Её большие выразительные глаза с непонятной ему тоской, и борьбой, и мукой... долгим взглядом ласкают его. На прямой и решительный мужской взор, женщина отвечает грустной задумчивостью. И мгновения длятся... А после, она с тяжким вздохом встаёт:
- Иди, собирайся, - произносит Высокая, тихим голосом. Нормальным голосом, нормальной женщины. Забирая у него ручку, легонько отталкивает его от себя. - Поспеши.
Поднимаясь и разворачиваясь Ульрик видит Стрема Ронрейва, появившегося в дверном проёме да и застывшего соляным столбом. Челюсть барона отвисла от удивления, он явно не ждал такой встречи. Схватившись за сердце, старик грузно опадает на пол.
***
Нормально, в общем, всё закончилось с бароном. Спасла его Госпожа от сердечного приступа и преждевременной смерти. Правда, при этом Высокая вновь обернулась в Снежную Королеву, да так и осталась в образе. А Ульрик же, только и успел вернуться к себе да собрать свой неизменный набор путешественника, как в комнату зарулила Тайза - без стука, кстати.
- Живее давай, - бросила она вместо приветствия.
- За дверью, подожди, - поздоровался в тон Ул.
- Времени нет! - повысила голос воительница. - Я должна...
- Рад за тебя, - согласился он, не дав ей закончить. - Мой дорожный костюм стирают, и раз ты тут самая деловая, то озаботься чтобы потом прислали.
- Козёл! - не выдержала Тайза.
Ульрик в ответ не замедлил ей улыбнуться, показывая всю разделяющую их пропасть. Закидывая на плечо сумку и подбирая другой рукой плащ, Ул напоследок оглядел комнату и кивнул деве: