И всё-таки, звучит гнусно и крайне бестактно: «А спите ли вы с бароном?».
Однако леди позицию выдержала.
- А это, простите, может вас как-то трогать? - холодно-невозмутимо уточнила дама, и судя по её тону и тени презрения на лице, Ул своего добился - его приписали к какой-то из подгрупп животного мира... За что боролся, как говорится, да?..
Да!! Воображайте о себе что хотите! Не смею мешать вашему совершенству...
Посчитав дело сделанным, Ульрик коротко поклонившись покинул залу, устремившись вниз по серпантину лестницы.
Прочь, прочь отсюда!.. Воротник камзола жмёт горло, и Ул сначала срывает застёжку, но не удовлетворившись этим, сдирает с себя сам камзол и суёт его в руки какой-то девчонке в белом чепце и переднике, присевшей при виде аристократа в книксене.
Прочь!.. Куда? Из каменного мешка давящего на виски.
Пройдясь по замку, миновав двор и мост, он вырывается на природу и сразу же чувствует облегчение. Отчасти, тут ещё дело и в том, что он не спал почти сутки, проведя последнюю ночь размышлениях. Но в целом, тут всё собралось в кучу - и напряжение последних дней, и боль, и разочарование - а с тем и недовольство собой, своей глупостью... То же хамство в адрес Эстрезии, оставило в душе привкус гадливости. Ульрику просто требовался хороший отдых. Побыть наедине с собой и природой.
С восточной стороны, метрах в пятистах от замка течёт река - Ул видел её из окна столовой. Нарочно сойдя с общей дороги, он через поле вышел на берег, и присев к воде ополоснул из ладони лицо.
Полегчало.
Не долго думая, он скинул сорочку, снял сапоги, брюки, и вошёл в воду. Пологое песчаное дно приятно прощупывалось стопами, и зайдя до пояса, оттолкнувшись, Ульрик нырнул и немного проплыв под водой, устремился к противоположному берегу сильно загребая руками.
Шагов в пятьдесят шириной - ближе к серёдке парня стало сносить течением, но он принципиально выдержал направление, выплыв к небольшой округлой лагунке.
На берегу Ульрик заметил множество старых следов - конских и человеческих. Ага... Где-то с неделю тому, к лагуне приводили купать лошадей, отряд человек в семь-десять. Но парню интереса в этом не было.
Вода в лагунке совсем тёплая, приятная. Наверное с полчаса он пролежал там на мягком песочке на мелководье, а потом чувствуя что глаза слипаются, поплыл обратно. Усевшись на травке, Ул осмотрелся. Тело всё настойчивее просило отдыха, и стоило ему расслабиться, как сразу стала накатывать приятная дрёма. Глянув на свои вещи, на замок, до которого ещё нужно дойти, Ульрик улёгся тут же, прямо в тени невысоких кустов, оказавшихся совсем не такими густыми как ему показалось в начале, но всё же дававшими необходимую защиту от летнего солнца.
Как закрыл глаза, так и ушёл...
А во сне он летал. Раскинув руки, парил в невероятном по синеве и глубине небу, над никогда не виданными им ранее джунглями. С тихим восторгом, впитывал пульс исходящий от пышащей жизнью сельвы, покрытой буйной зелёной растительностью. Удивительно, но со своей высоты, он как на ладони видел и папоротники и хвощи, и змейки лиан оплетающие толстые шершавые стволы каких-то незнакомых ему деревьев. Не было ни опасности, ни тревоги... пока из гущи огромных лопатообразных хвощей, вдруг не вылетела пущенная в него стрела. Ульрик дёрнулся пробуя увернуться, но тело не слушалось - стрела впилась в ногу, в бедро...
... И он проснулся. От удара. Из ноги, пробив её насквозь, торчит вертикально упавшая стрела пущенная навесом из лука.
И смех... С той стороны реки, как раз оттуда, где он недавно млел на песочке. Гости пожаловали. Точнее: гостьи...Семь девок, приехали купать коников... Все загорелые, в обтягивающих лосинах и коротких коричневых и зелёных курточках, без рукавов, но зато со шнуровками в самых разнообразных местах - на груди, на плечах, на спине. Из оружия - пики и короткие луки.
Он всё ещё спит? Или он заболел, и переутомлённый мозг погрузил его в мир из отцовских книг? Амазонки вам на...
Бред!
Но девки, судя по всему, чувствовали себя вполне реально и очень даже уверенно. Более того, три паршивки, встав рядком у самой воды и изготовив луки, ждали пока он проснётся и сообразит где он есть. Ещё четверо за их спинами неторопливо слезают с лошадок (И где набрали таких гривастых карликов?), предвкушая предстоящую потеху.
Вот, одна из них, выверив расстояние, задирает лук к небу - остальные смеются, орут что-то там по своему, радостно машут ему руками... Сорвавшаяся с тетивы стрела, утыкается в аккурат между ног парня - ещё чуть-чуть, и... всё стало бы очень печально.