Пусть лежит в земле, на живописном месте...
На плечо легла ладонь. Кэрис вздрогнула, обернулась, готовясь наорать на помешавшего... Перед ней стоит зыбкая фигура мужчины с пшеничными волосами и расстёгнутой на груди рубахой. В сумраке сверкают сапфировые глаза. Девочка вздрогнула, потянулась к нему, но ладонь прошла сквозь, будто через туман. Мужчина ухмыльнулся и потрепал дочь по волосам, а Кэрис разом обмякла и зашлась надрывистым детским плачем.
Глава 45
Луиджина шагает по выложенной диким камнем дорожке через сад. Тонкие ароматы цветов и океана наполняют лёгкие и будоражат память о детстве на острове. Сал идёт с отставанием на пять шагов, за ним двигаются два стражника. Телохранитель выглядит рассеянным и даже сонным, но Луиджина знает, что он наблюдает за всем. От птиц сидящих на ветвях, до рабочих, латающих крышу дворца. Она чувствует, как кровь кузена нагнетается в мышцы, а нервные импульсы дикими искрами заполняют мозг.
Он готов ко всему.
Дорожка вывернула к кованной ограде, отделяющей сад от обрыва в океан. За прутьями безмятежно застыл океан, подёрнутый мелкой рябью волн. На горизонте величаво идёт огромный корабль, ветер раздувает паруса и Лу начинает казаться, что она слышит скрип снастей.
Сегодня были убиты видные столпы аристократии. В результате междоусобной стычки Домов. Ещё один кирпичик в стену плана уничтожения Империи. Прямо сейчас, по её велению в столицу съезжаются представители каждой провинции и главы сохранившихся домов. Это официально, а по тайному запросу прибывают тщательно отобранные граждане. Их заводят во дворец через потайной ход, которым четыре года назад пробирался отец и мастер Аэнлан. Молчаливые слуги приносят еду, книги и документы.
К удовольствию Луиджины, ещё ни один из гостей не выказал возмущения. Скорее они заняты горячим дискусом и поглощением информации. А смерти знатных, могущественных и даже лояльных, пусть и горьки, но...
— Ничего не рождается без крови. — Прошептала Луиджина, и ветер подхватил слова.
Понёс над садом и швырнул с обрыва на острые камни. Уши Сала дрогнули, но лицо осталось каменным. Луиджина взялась за прутья, закрыла глаза и медленно выдохнула.
***
Эйну исполнилось двадцать, когда он получил самую важную и самую бесполезную работу в королевстве. Приглядывать за младшей сестрой кагана-короля. Благословлённая самой Госпожой Тьмой, девочка может задушить взрослого медведя двумя пальцами, а ранить её невозможно. По крайней мере, так говорят и сам Эйн склонен верить.
Госпожа Кэрис активная и любопытная, как и все дети, но если сверстники с головы до пят в ссадинах, то на ней нет даже царапин. А как она работает, поднимая огромные обломки скал, как мелкую гальку!
От одного этого зрелища кровь стынет в жилах!
Эйн прикусил губу и затравленно огляделся. Госпожи никто не видел со вчерашнего вечера, когда он был... занят. Очень красивой девушкой из соседнего отряда, поварихой. Если принцесса убежала или заблудилась в горах, у него будут проблемы! В лучшем случае разорвут конями!
Едва сохраняя безмятежное выражение лица, он прошёлся по лагерю, заглядывая в любимые места подопечной. Кухню, оружейную и стойло. Нигде нет даже намёка на девочку!
Взгляд упал на огромную гладь озера и живот пронзила ледяная игла ужаса. Даже неуязвимая может утонуть! С водой драки не выйдет, ей не вырвешь хребет, как командиру эльфов!
Подстёгиваемый страхом Эйн поспешил на берег, проломился через кустарник, как лось и замер у кромки воды.
Озеро так огромно, что тянется за горизонт, а горы будто вырастают из него. Вдруг принцесса решила поплавать перед сном, а водяное чудовище утянуло на дно?! Вдруг... Парень поперхнулся, заметив торчащую из куста детскую пятку. Сердце дёрнулось и камешком рухнуло под ноги. Эйн на цыпочках приблизился, раздвинул ветви куста и выдохнул.
Кэрис спит, раскинув ноги и одну руку, левой прижимает к груди деревянную куклу. Рот приоткрыт и в блёклом свете блестят жемчужные зубки.
— Г-госпожа?
Эйн с великой осторожностью коснулся плеча. Кэрис распахнула глаза и сладко зевнула, потянулась и замерла. Рывком села, перепугав няня, огляделась, вертя головой с такой силой, что волосы хлестанули по лицу.
— А где папа?
— К-кто? — Пролепетал Эйн, выдавливая улыбку и едва не плача от облегчения.
— Па-па!
— Величайший... не с нами. — Увёртливо ответил парень и протянул руку. — Должно быть, вам приснилось. Пойдёмте, вам следует умыться...