— Что-то серьесное? — осторожно спросил погонщик.
Проводник знал, что люди боятся болезней пустоши и лишь немногие шаманы берутся и вообще способны вылечить подобные заболевания.
— Она уже несколько суток без сознания. Волоку на себе. Устал ужасно: запасы воды на исходе. И ни одной Волчьей Слезы. — Дин оглянулся по сторонам, потом снова посмотрел на собеседника. — Вот, решил обратиться к вам за помощью.
Слова проводника были приняты благосклонно, и погонщик просто спросил:
— Где она?
— Там, — Дин повернулся и неопределенно махнул рукой на пригорок, — в расселине между валунами.
Однако про себя проводник вздохнул с огромным облегчением. По всей видимости, ему помогут.
— Я — Вел. — Погонщик протянул руку.
— Дин.
Проводник пожал руку и только теперь заметил, внимательно вглядевшись в лицо погонщика, что у того не хватает передних зубов. Поэтому он и шепелявил.
— Давай поглядим, что с твоей ведомой. — Вел отбросил концы красного шарфа за плечи.
Он обернулся и дунул несколько раз в дудку, висевшую у каждого погонщика на шее. Самым странным в их роде деятельности было то, что кабаны понимали некоторые команды, которые погонщики отдавали с помощью дудок. Однажды кто-то выдвинул теорию, что погонщики — это те, кто добрался до Исполнителя Желаний, после чего стали как Болотный Доктор или Картограф. Но вскоре эту теорию полностью опровергли. А кабаны и дальше продолжали слушаться дудки и исправно перевозить грузы.
С дальнего конца каравана пришли несколько человек, шеи которых закутывали пестрые шарфы, а лица скрывались под капюшонами.
— Лысый, Цап, давайте со мной: надо помочь этому проводнику. Остальные — раслошите грус так, чтобы одного ис шивотных мы сапрягли в волокушу.
И, повернувшись к Дину, произнес:
— Веди.
Дин быстро пошел вверх по склону. Три погонщика двинулись следом, остальные стали возиться с кабанами и тюками. Люди изредка переговаривались, то и дело замирая из-за стегавшего по лицам песка.
Самоклейку уже немного припорошило пылью. Дин тут же смел песок со щек девушки и приложил ухо к груди, потом — к лицу, слушая дыхание.
— Дышит.
— Хорошо. Лысый, Цап, помогите ему.
Два погонщика молча приподняли девушку, а Дин взял ее сумку и оружие.
— У меня есть немного идота, — сказал он вполголоса, подойдя к Велу.
Погонщик улыбнулся:
— Главное, чтобы ее всялся лечить кто-то из шаманов. Тогда идиот будет кстати. Не мне тебе расскасывать, какая в пустошах встречается гадость.
Сказав это, Вел двинулся за своими людьми вниз по склону. Дину несказанно повезло. Он повстречал людей, которые не только согласились помочь, но и не испугались болезни пустошей, да еще и ничего не требовали взамен. Он посмотрел в спину Велу и решил при удобном случае обязательно отблагодарить этого человека.
Быстро приладив волокушу к одному из переминающихся с ноги на ногу кабанов, погонщики стали цепью. Вел несколько раз дунул в дудку, и они двинулись вперед. Дин шел впереди каравана вместе со старшим погонщиком.
— Нам недолго осталось, — сказал тот, — день, мошет чуть больше. Потом семли пустошей сакончатся. Там, недалеко от границы с пустошью, есть святилище. Думаю, шамана тебе стоит начинать искать оттуда.
Дин кивнул, соглашаясь.
— С нами постоянно ходил один лекарь, но в этот раз мы подверглись нападению и он погиб…
— Сожалею.
— …но он вряд ли был бы тебе полесен. Не особенно талантлив. Тебе нушно найти Филиппа. Он один ис немногих, кто берется са лечение подобных саболеваний. Что касается сарасы пустошей, тут не кашдому шаману она по субам. Люди бегут от сарашенных в пустошах: там всякое случается. Больных сталкеров-то и тех недолюбливают, сколько бы идота и артефактов те не таскали.
— Что есть, то есть, — согласился Дин.
— Твоя спутница? — неожиданно спросил Вел и посмотрел на проводника.
— Нет.
— Понятно. — Погонщик заулыбался беззубым ртом. — Сильно о ней беспокоишься, как о своей.
— В пустошах важна прикрытая спина, — многозначительно ответил Дин.
— И то так, — согласился Вел. — В начале похода мы повстречали девку. Плохая примета. А я верю в приметы. Поход окасался неудачным. И, судя по всему, это только начало.
Ветер начал усиливаться и поднимать вместе с песком более крупный мусор, ухудшая тем самым видимость.
— Так и в Воронку вскочить недолго, — раздалось сзади.
— Не боись: Вел дорогу знает, — послышалось следом. — Эта тропа относительно безопасна.
— Все говорит о том, что надвигается буря, — сказал старший погонщик. — Что-то будет. Чувствую.