— За полезную информацию обычно платят красным идиотом.
Погонщик улыбнулся. Информатор ответил ему тем же и благодарно принял пакетик. Сидевший рядом Дин потянулся и зевнул.
— Эй, проводник, — внезапно обратился к нему погонщик, — не желаешь ли взять след моего старшого? Мне нужно догнать свой караван.
— Я без ведомой.
— Ничего: тут обжитые места, а дальше мы примкнем к моим ребятам. Внакладе не будешь.
Проводник на несколько секунд задумался, потом сказал:
— Не считая условий договора, я могу просить об одной услуге, если соглашусь?
— Попробуй, — улыбнулся погонщик.
— Пусть этот информатор, — с этими словами Дин указал на сидевшего молодого парня, — сделает две вещи.
— Ого. Ну-ну, продолжай.
— Он должен сообщить шаману Филиппу и проводнику Дели о том, что я отправился с тобой. И еще. Он должен сказать Дели, чтобы он взял к себе в ведомые, до моего возвращения, Самоклейку, которая сейчас находится у Филиппа.
— Как я понимаю, — погонщик вынул трубку и стал набивать ее сухими листьями, — ты слышал часть нашего разговора.
В положении Дина возможность выбирать отсутствовала, но он все же сказал:
— Тебе нужен проводник?
Погонщик не торопясь раскурил трубку и только после этого обвел помещение рукой:
— Как видишь, у меня есть выбор: ты не единственный проводник в этом святилище, укрывшийся от дождя.
— Но ты решил особо не распространяться о своих делах. Я тебя правильно понял?
Некоторое время погонщик смотрел на проводника не моргая, потом произнес:
— В пути мне тоже может понадобиться проводник, а ты, как я погляжу, сметливый. По рукам.
С этими словами он протянул руку, и Дин не замедлил ее пожать. Проводник находился в незавидном положении, поэтому решил довериться погонщику. Все равно Дин не имел выбора.
— Меня зовут Стреляный, — представился погонщик.
— Дин. — Последовало короткое приветствие.
Погонщик поставил небольшую сумку на стол, покопался в ней и вынул оттуда маленький контейнер для идота.
— Надеюсь, этого хватит, чтобы выполнить просьбу проводника? — спросил он, подвигая контейнер информатору.
Тот достал ПДА и стал что-то быстро помечать в нем, сверяясь с информацией.
— Значит, сообщаешь Филиппу и Дели о том, где находится Дин, и просишь этого Дели взять под опеку… Как зовут твою девку?
— Самоклейка.
— …и просишь Дели взять под опеку Самоклейку, до возвращения Дина. Все ясно?
Информатор принял контейнер:
— Красный?
Погонщик молча кивнул.
— Договорились.
Стреляный привстал и наклонился вперед. Теперь его лицо находилось рядом с лицом информатора.
— И гляди мне, бродяга, чтоб выполнил договор в срок и на отлично.
— Значится, так. — Валик отвинтил колпачок от овальной фляжки и сделал глоток. — Давай подытожимся. Ты предлагаешь разделить всю добычу поровну.
Горлов кивнул.
— От чего такая щедрость? Или ее будет достаточно много?
— Я думаю, на всех хватит. А щедрость… В дальнейшем мне понадобятся постоянные люди.
— И друга твоего мы обязаны тащить с собой? — уточнил Валик.
— Это ты должен понимать как само собой разумеющееся. У меня есть кому его показать. Да вы за труды без хабара не останетесь. Там, куда мы отправляемся, будут поля красного идиота. Бескрайние поля. Но об этом пока знаем мы двое. Уразумел?
Валик кивнул:
— Во мне можешь не сомневаться.
Он поднялся и протянул руку:
— Больше вопросов не имею.
После взаимного рукопожатия он подошел к лежанке, которую для раненого соорудили из его же вещей, найденных в сумке. Спутница бродяги, как понял Валик, стояла на коленях возле него. Когда погонщик оказался рядом, она оглянулась. Горлов подошел к ним.
— Нет смысла его тащить. И не вернее было бы отправить изгоя к Болотному Доктору?
— Ты пробовал тащить раненого товарища по той местности, где живет Болотный Доктор? Сам я его не дотащу на болота, — ответил Горлов, — а вы бы вряд ли согласились, если в конце пути не стал бы маячить хабар в виде идиота.
— И то так.
Валик просто констатировал факт. Он не ленился возиться с раненым сталкером, просто он не видел смысла в том, чтобы транспортировать этого человека. До конечной точки маршрута, о которой говорил Горлов, этот изгой вряд ли дотянет, поэтому гуманнее дать ему умереть здесь. Но раз их новый компаньон считает по-другому — пусть будет так.
Девушка снова склонилась к раненому. В ее глазах показались слезы. Этого никто не увидел, потому что она отвернулась.