В общем, сожгли господина советника на огромном костре прямо посреди Сенной площади. Полыхало так, как полыхает во время доброго пожара! Говорят, советник все это время кричал жутким голосом. И не просто кричал, а сыпал проклятьями, пока еще был в состоянии это делать. Он проклял государя-императора Михаила Алексеевича и весь его род, проклял светлейшего князя Черкасского и весь его род, проклял всех судей, уготовивших ему такую незавидную участь. Возможно он проклял бы и еще кого-нибудь вместе со всем его родом вплоть до седьмого колена, но из-за жутких страданий сознание оставило его, а потом тело скрючилось и обвисло на веревках.
Сжечь до состояния пепла господина советника не смогли — не хватило жара в костре, хотя и добавляли в него всяких масел специальных, чтобы пожарче горело. Когда перегорели веревки, скрюченное обугленное тело рухнуло в угли, подняв тучу сверкающих искр. Из-за них, говорят, загорелись деревянные трибуны, которые были наспех сколочены специально для желающих лицезреть аутодафе в относительном комфорте. Сначала вспыхнуло платье на какой-то дамочке. Она принялась голосить и носиться вдоль трибун, поджигая остальных, а уж затем занялись и доски. Началась паника, давка… В общем, человек двадцать прихватил с собой советник фон Раттель на тот свет. И сам-то наверняка в рай угодил, поскольку жизнь всегда вел праведную, церковь посещал исправно, подаяний нищим не жалел и в посещении девок срамных замечен не был. А вот куда отправились после смерти те, кто на трибунах был — это еще неизвестно.
Всякие людишки там присутствовали…
После этой жуткой казни и само слово «магия» вслух произносить боялись! Даже к обычным гадалкам на какое-то время перестали ходить, поскольку никто точно не знал, следует ли их причислять к магам или же нет. А то как ошибешься? Неправильно истолкуешь императорский указ — и все! Сцапают тебя «охотники на ведьм» и закинут в какой-нибудь сырой подвал, где сидят люди светлейшего князя, специально обученные языки развязывать тем, кто не хочет говорить. И начнут они вытягивать из тебя раскаленными клещами признание в том, что ты маг и чародей, вор и душегуб, и еще, не дай господи, английский шпиён.
Им-то что — лишь бы отчитаться и галочку поставить. Мол, еще одного отловили, извольте заплатить пару монет…
Первое время в умах царило полное непонимание происходящего. Никто толком не знал, для чего все это затеяно и почему теперь следует уничтожать тех, кто еще совсем недавно купался в лучах почета и уважения.
Собственно, по прошествии времени ситуация ничуть не прояснилась — к ней просто привыкли, как привыкаешь ко всему, что растянуто на какой-то длительный срок. Запрет чародейства стал просто данностью, которая имела место в жизни и с которой следовало считаться.
По прошествии нескольких лет страсти слегка приутихли. Нет, отношение государя к магии не изменилось, и она по-прежнему находилась под запретом. Светлейшим князем был создан даже особый гвардейский отряд для борьбы с магами. Набор туда проводился из самых знатных родов, сплошь кавалергарды. Поговаривали даже, что некоторые из них и сами были из магов, но это было лишь на уровне слухов…
А потом в Санкт-Петербурге объявился некий господин. Прибыл он откуда-то с востока, привез с собой несколько фургонов весьма ценных вещей, а говорил с сильным акцентом. Еще у него было несколько наложниц, чьих лиц не видел никто. Поговаривали, что даже страже на границе господин сей заплатил очень круглую сумму, чтобы они не настаивали на том, чтобы девушки показали им своих лиц. На востоке это-де считается страшным позором, и если посторонний мужчина заглянет такой наложнице под накидку, скрывающую ее лицо, то такая девушка должна будет немедленно покончить с собой.
Ну не знаю, не знаю… Так никаких наложниц не напасешься. После каждой границы новых заводить придется.
Впрочем, сейчас не об этом.
По прибытии в Петербург этот господин поселился в большом доме на Васильевском острове, где некогда проживал один из высокопоставленных магов Академии чародейства, который позже был арестован и выслан в Тобольск, а все имущество его было пущено с молотка.
Первое время вокруг этого загадочного восточного господина ходили всякие невероятные, а порой и очень противоречивые слухи. Одни утверждали, что прибыл он в российскую столицу из самой Индии, в совершенстве умеет глотать огонь, шпаги, а также прочие предметы, которые обычно глотать не принято. Не на Руси, во всяком случае.