— Я не знаю, друг мой. Честно говоря, я даже не знаю, кто она такая, и каково ее настоящее имя… Но одно я знаю определенно: мне было бы неприятно, если бы у другого мужчины появились на эту девушку какие-то собственные планы. Я понятно объясняю?
Кристоф пятерней почесал макушку.
— Вполне, Алексей Федорович.
— Я рассказал вам об этом, Кристоф, потому как вы теперь мой неофит, мы с вами отныне связаны крепко-накрепко. Я буду обучать вас всему, чему научился сам… Скажите, вы не могли бы одолжить мне лошадь?
— Лошадь? — удивился Кристоф. — Ах, да, конечно — вам же надо как-то добраться до дома. — Он обернулся. — Кузьма, седлай Рыжего и веди сюда!
Кузьма поклонился, развернулся и побежал назад к дому, размахивая тяжелым мушкетом. Проводив его взглядом, я снова повернулся к своему неофиту.
— Будем считать, что это наше первое занятие, Кристоф. И вы уже весьма неплохо себя проявили.
Я поднял руку и сотворил на кончиках пальцев «лунный маяк». Плавно перекинул его на другую руку, а затем и вовсе заставил парить в воздухе, между собой и Кристофом. Мальчишка взирал на этот огненный шар с восхищением. Казалось, еще немного — и он завизжит от восторга, что щенок. И точно также задышит часто-часто, высунув наружу язык.
— Что это? — прошептал он с упоением. — Маленькое солнце? Оно не сожжет нам дом?
— Это «лунный маяк», — ответил я, качая головой. — Он не может ничего сжечь, элементарно не хватит температуры. Можете дотронуться до него, он просто теплый.
Кристоф осторожно прикоснулся к «маяку» одним пальцем и сразу же одернулся. Потом погладил его, как котенка.
— Смелее, — сказал я. — Возьмите его на ладонь. Только без резких движений.
Кристоф подставил под «лунный маяк» раскрытую ладонь, осторожно взял и поднес к своему лицу.
— Теплый… — прошептал он. — И мягкий.
— Мягкий, — согласился я. — А теперь проведите над ним рукой.
Кристоф послушно провел свободной рукой над шаром. Тот слегка качнулся.
— Вы это видели? — тихо спросил я.
— Видел… Он чувствует малейшее движение воздуха?
— Нет. Он вообще никак не взаимодействует с воздухом. Он покоится на силовых линиях магического поля, а вы сейчас перебираете эти линии, как струны гитары… Вот смотрите…
Я пошевелил пальцами над «лунным маяком», и он в такт их движениям стал покачиваться из стороны в сторону. Тогда я поманил «маяк» к себе, и он сразу сорвался с ладони Кристофа и подлетел ко мне. Медленным движением руки я отослал его обратно.
— Повторите, — приказал я.
Кристоф смотрел на «лунный маяк» словно зачарованный. Да и был он сейчас действительно зачарован этим зрелищем, причем без всякой магии. Когда «маяк» приблизился к нему, он растопырил пальцы и пошевелил ими. «Маяк» затрепыхался, а затем медленно поплыл в мою сторону.
— Сейчас вы затронули силовые линии, и шар на это отреагировал, — пояснил я. — Обычный человек на подобное не способен. Но в силах мага взаимодействовать с силовыми линиями Великого поля. И если выучить специальные «аккорды» для игры на этих линиях, то можно проявить в нашем мире немало чудесных вещей. Если же «аккорды» совместить с заклинаниями, которые также влияют на Великое поле особым образом, то можно стать поистине всемогущим.
— Всемогущим… — едва слышно повторил за мной Кристоф.
Плавно пошевеливая пальцами, он наблюдал, как «лунный маяк» реагирует на эти движения.
— А когда я сам смогу создавать подобные чудеса?
— Это элементарная эфирная магия, ничего сложного. На следующем занятии я научу вас делать это… Кстати, а вот и мой конь!
Быстрым движением сжав пальцы в кулак, я изничтожил «маяк» и двинулся навстречу Кузьме, который вел к нам великолепного рыжего скакуна с белыми прядями в гриве и в хвосте, и с такими же белыми «юбками» вокруг черных копыт. Мушкета при мужике уже не было — должно быть решил оставить бесполезное оружие.
Условившись о новой встрече для занятий «эфиркой» (Кристоф сразу именно так стал именовать эфирную магию), я пообещал вернуть коня на следующий день, и на этом мы распрощались. Я погнал скакуна по незнакомой темной дороге, ежеминутно рискуя свалиться в какую-нибудь яму. Но освещать себе путь с помощью магических огней, находясь в столице, было бы верхом безрассудства.
Еще несколько лет назад это не являлось чем-то необычным или запретным, и вид летящей в ночи кареты, с парящим над ним «лунным маяком», был весьма привычен. В богатые дома частенько приглашали магов, чтобы те устроили ночное освещение сада на время проведения ассамблеи или же какого-то иного мероприятия — званого ужина, например. Да и праздничные фейерверки в те времена смотрелись гораздо зрелищнее, нежели ныне, если устраивали их маги.