Было только одно возможное объяснение тому, почему она смогла спасти его. Она была его Благодатью14 — той, чья кровь могла освободить его от голода по любой другой. Партнером, предназначенным разделить с ним долгую вечность.
Нора была его Благодатью.
Дэв уже выпил более чем достаточно ее крови, чтобы пробудить их связь — и Тягу, зависимость, от которой страдал каждый Благословенный Гесперин. Если она не примет Святилище, его ждет короткое будущее в агонии от истощения и голода.
Он наконец нашел ее — после всех этих веков одиночества. Его брат погиб, чтобы их соединить.
Дэв не позволит никому забрать ее у него.
Когда она приблизилась к двери усыпальницы, где ее ждал Сэр Виртус, ее ужас прокатился по Кровавому Союзу. Но она делала шаг за шагом, идя с решимостью к своему величайшему страху.
Скрытый завесой заклинаний, Дэв посмотрел Сэру Виртусу в глаза. Вот он — фанатик, который мучил ее. Вот чьи руки убили Рахима.
Рука Дэва сжала рукоять Арсео. Он больше не мог называть себя целителем после того, что собирался сделать. Он не знал, кем это делало его. Он знал только, что Сэр Виртус был большим чудовищем.
— Онора, — прозвучал предостерегающий тон мужчины, — Арсео не был возвращен, и теперь три реликвии пропали.
— Я знаю, дядя. Я заметила, когда молилась днем. Я провела весь вечер, допрашивая слуг. — Она протянула ножны. — Я нашла их.
Сэр Виртус выхватил пустые ножны кинжала у нее.
— Где они было?
— Кто-то оставил на могиле моего отца.
Дэву понравилось, как кровь отхлынула от лица Сэра Виртуса.
— Кто? — потребовал рыцарь.
— Я не знаю, дядя. Но мне было очень больно сегодня посещать склеп. Ты поможешь мне найти утешение в молитве?
— Конечно, дитя. Конечно.
Сэр Виртус взял Нору за руку, и ее эмоции дрогнули. Дэв оскалил клыки. Он шел за ними, как тень, пока они шли по центральному проходу усыпальницы.
Ауры реликвий жгли его магические чувства. Вся комната была озарена яркими ореолами магии против Гесперинов. Нора избавила комнату от трех артефактов, которые могли выдать его присутствие, но он все еще был окружен вещами, способными уничтожить его при одном неверном движении.
Дэв ненавидел наблюдать, как Нора становится на колени с этим человеком перед символом ее осуждающего бога. Этот еретик насладился бы осквернением усыпальницы Андрагатоса.
Голос Норы нарушил тишину комнаты.
— В мою последнюю ночь как Леди Глории я размышляла о своем долге перед родителями. Ты помолишься за их души со мной, дядя Виртус?
Капля пота скатилась по его виску.
— Конечно, дочь.
Сэр Виртус склонил голову, закрыл глаза и начал монотонно читать молитву. Нора скользнула рукой в складки своей юбки.
Это был их шанс. Дэв быстро двинулся к шкатулке, которую Нора описала ему. Замок был обычным и открылся при легком прикосновении его магии. Он осторожно приподнял крышку.
Арсео нагрелся в его руке, и холодный огонь ответил из опала в рукояти Санкти. Боль вспыхнула за его глазами, и желудок перевернулся. Он не смог бы долго удерживать оба кинжала.
Стиснув зубы, он сжал рукоять Санкти. По его рукам ударил раскаленный поток магии — перекличка кинжалов вспыхнула ослепительным жаром. Он подошел к Норе, опустился на колени и вложил в ее ладонь Клинок Очищения.
Он положил обожженную руку на ее плечо и постучал раз. Два. Три.
Они двинулись синхронно. Он услышал, как клинки рассекли воздух, слишком тихо для смертных ушей. Они взмахнули одновременно, направляясь к сердцу молящегося человека.
Кинжал Дэва не достиг цели. Стекло разбилось. Ароматный дым ударил Дэва в лицо, застилая зрение и разрывая легкие.
— Отойди! — крикнула Нора.
Дэв переместился на другую сторону комнаты, его глаза слезились, а кашель сотрясал тело. Сквозь клубы дыма он разглядел силуэт рыцаря, размахивающего мечом там, где только что была его шея.
— Нора? — позвал Дэв. — Ты в порядке?
Он почувствовал, как ее аура устремилась к нему.
Фигура Сэра Виртуса встала между ними.
— Ты думала, что сможешь привести Гесперина в усыпальницу без моего ведома? Думала, что убрав эти реликвии, обманешь меня? Мой амулет предупредил меня, как только это создание приблизилось.
Нора издала гневный крик.
— Это Андрагатоский Ладан! Дым раскроет т…
— Молчи! — рявкнул Сэр Виртус, и Нора вскрикнула. Ее боль вспыхнула в чувствах Дэва.
Дэв Волей открыл дверь усыпальницы. Воздух хлынул из коридора, и ладан стал редеть. Он увидел Нору в хватке Сэра Виртуса, его меч у ее горла.