— Как? Что это за магия?
— Это связь, предопределенная в нашей крови. Мы называем это Благодать. И теперь, когда я вкусил тебя, мою Благодать, я умру без твоей крови.
Она прикоснулась к горлу, где оставался невидимый след его укуса.
— Это просто… есть? Естественно, без каких-либо усилий? Моя кровь может это?
— Ты идеальна, — повторил он.
Чувство силы поднялось в ней, заглушая сомнения в ее эмоциях.
— Похоже, у меня перед тобой преимущество, Дэв. Я нужна тебе. Что это значит для моего будущего, если я вернусь с тобой в Ортрос?
Он отвел ее руку и провел зубами по вене, чтобы почувствовать ее дрожь.
— Это значит, что ты моя пара, и единственная, кого я буду соблазнять, как еретика, всю оставшуюся вечность.
Она сглотнула.
— Вечность — это долго.
— Я знаю, тебе потребуется время, чтобы принять эту правду. Но я ждал встречи с моей Благодатью пятьсот лет. Я могу ждать, сколько тебе нужно, чтобы принять это. Я буду терпелив, пока ты проектируешь свои собственные дворцы, пока не решишь, что хочешь построить что-то со мной.
Нора обвила его руками.
— Ты можешь отрицать, что хочешь того, что я показал тебе? — спросил Дэв.
— Уходи, — потребовала она. — Никогда больше не ступай на землю Кастры Глории. И забирай меня с собой.
Эпилог
Вечная Ересь
I
Четыре Года Спустя
С крыши сада на вершине города Дэв стоял с Норой и смотрел на купола Ортроса. Полярная ночь окутала небо индиго, а свежий снег сверкал на разноцветных мозаиках. Он видел этот пейзаж уже пять веков, но каждый раз, когда она смотрела на него, ему казалось, что он видит мир и ее впервые.
Дэв никогда не перестанет желать, чтобы Рахим мог стоять здесь с ними сейчас. Но его память будет жить вечно, как и Нора.
Дэв коснулся тонкой пряди своих волос, вплетенной в ее локоны.
Алый жгут ниспадал на его щеку и плечо — вечное напоминание ему и всему их народу о узах Благодати. Ветер трепал ее красный безрукавный халат, а Дэв провел руками по ее обнаженным рукам, лаская ее гладкую кожу. Она сияюще улыбнулась ему через плечо, ее клыки соблазняли его поцеловать ее.
— Ты можешь увидеть это отсюда! Посмотри. — Она указала на один маленький купол среди остальных. Дэв узнал верх усыпальницы Гесперы, которую Нора спроектировала и построила, чтобы завершить свои занятия с Ясамин.
— Только представь, — сказал он, — твой вклад в архитектуру Ортрос будет виден всем, кто ступит сюда в сад Королев, на века вперед.
— Как думаешь, кто-то возразит, если я поцелую тебя у всех на виду?
— Королевы целуются здесь постоянно. — Дэв наклонился к ней.
Нора обвила руками его шею и страстно поцеловала его, ее клыки дразнили его губы. Как ему нравилось каждый раз, когда ее новые Гесперинские желания охватывали ее. Он услышал, как последняя группа просителей-Гесперинов уходит, но не стал скрывать себя и Нору. Никто не осуждал двух новоиспеченных Благодатных за проявление чувств.
Дэв заговорил в ее сознании, их Союз Благодати передавал его слова прямо между их мыслями. Нам стоит пойти в твою усыпальницу позже. Одним. Я хочу совершить один из самых священных ритуалов Гесперы. Он послал ей мысленный образ: она на коленях в Святилище, которое построила. Затем он, стоя на коленях позади нее, входит в нее, пока пьет из нее.
Нора отстранилась, прижав руки к щекам.
— Ты бесстыдный Гесперин. Я не могу появиться перед Королевами с таким красным лицом.
Он беззаботно улыбнулся.
— Думаю, они готовы нас принять.
— Я заставлю тебя заплатить за этот румянец позже.
— С нетерпением жду твоей мести.
Держась за руки, они направились к Королевам через сад белых роз. Королева Алеа16, когда-то из Тенебры и бледная, как эти цветы, сидела с Королевой Сотейрой, их Императрицей, которая была темной и прекрасной, как ночное небо Богини. Их единственными тронами были шелковые подушки. Вместо корон они носили косы друг друга, знак их Союза Благодати. Их власть говорила сама за себя — в вечной магии, что пульсировала в их аурах. Дэв и Нора приложили руки к сердцам и склонились.
Королева Сотейра ласково улыбнулась.
— Поздравляю с завершением учебы, Нора. Мы будем рады присутствовать на церемонии посвящения твоей усыпальницы.
— Вы оказываете мне великую честь, Аннасса17, — ответила она, используя титул королев. — Но едва ли вы вызвали нас лишь для таких приятных слов.