Наварра тщательно осмотрел снимки.
— Я предполагаю, что это его настоящие размеры, — сказал он наконец.
Как обычно. С точностью до десятой миллиметра. Снять посох в профиль было очень трудно, синьор. Но фотографии проверены электроникой и настолько точны, что вы сможете по ним определить и высоту камней и диаметр закругления наконечника, а также приблизительный вес всего творения. Необходимо, чтобы все эти данные почти совпадали с оригиналом. К сожалению, мне не удалось подержать эту вещь в руках.
Тут Десмонд Першинг поделился с Наваррой планом, который позволит им с Коулдом украсть скипетр и заменить его подделкой.
Наварра все еще колебался.
— Если вы читали брошюру из Сант-Джоан-де-Каселлес, — сказал он и отпил глоток хереса, — тогда вы должны знать и о страшном проклятии, которое падет на голову незаконного владельца епископского посоха.
— Предоставьте этот груз нам, синьор Наварра, — вмешался в разговор Гэрри Коулд. — Вас это не коснется, так как ваши руки не притронутся к скипетру. Всем известно, что суеверия всего лишь выдумки. Это приводит к таким курьезным ситуациям, что подобную штучку, стоящую уйму миллионов, с необычайной легкостью таскают по всяким свадьбам, а потом почему-то запирают в надежный сейф за пуленепробиваемое стекло.
— Мне знаком стеклянный шкаф в церкви Сант-Джоан, — кивнул Наварра. — И как же вы хотите организовать подмену, чтобы никто ничего не обнаружил?
— Профессиональная тайна, — усмехнулся Десмонд Першинг и вновь наполнил свой стакан. — Итак, вы можете нам помочь или нет?
Гаэтано Наварра снова загадочно улыбнулся.
— Перед тем как я отвечу однозначно «да», позвольте мне поинтересоваться следующей вещью: как вы переправите этот скипетр через границу, если все сложится удачно? Вы путешествуете на машине, взятой напрокат. Но в последнее время к вашим машинам стали проявлять повышенный интерес полицейские власти. Хотя номера у вас испанские, но вы сами никоим образом испанцами не являетесь.
— Ах, вот что! — воскликнул Першинг. — Я подозревал, что кто-то следил за нами и зафиксировал наше пересечение границы. Но кто же навел? Английский офицер абсолютно безобиден, да и маленькая кошечка тоже.
Гэрри Коулд под столом наступил Десмонду на ногу, и тот сразу же прекратил выдвигать дальнейшие версии и высказывать свои подозрения.
— Сколько вы хотите за работу? — проворчал рыжий.
— Я делаю вам предложение, — сказал Наварра. — Через сорок восемь часов вы получите готовый скипетр, его будет невозможно отличить от оригинала, не сломав пополам. Когда вы за ним придете, вам дополнительно вручат номера с английскими и французскими буквами. Вы вновь въедете в Андорру под французским автомобильным номером и покинете ее с английским. В Испании вы отгоните машину по указанному адресу. Если вас схватят, вы оставите меня вне игры. Если вы назовете мое имя, то это обойдется вам в несколько лет тюрьмы сверх срока. Все ясно, синьоры?
— Все, кроме цены, — уточнил Гэрри Коулд.
— Семьдесят тысяч долларов чеком немедленно, аналогичную сумму наличными при получении готового изделия.
— С ума сойти, — простонал Десмонд Першинг. — Сто сорок тысяч баксов за медную палку с приклеенными осколками стекла.
Гаэтано Наварра резко поднялся.
— Да, я работаю с медью и стеклом, и вы прекрасно знаете с какой целью, — холодно произнес он. — Кроме того, вы можете отклонить мое предложение. Ни один человек не узнает о нашем разговоре.
— Надо было придержать тебе язык и не болтать насчет баснословной прибыли, — накинулся Десмонд Першинг на своего коллегу. — Это твоя вина.
Гэрри Коулд, казалось, совершенно не слушал. Его и без того узкие глаза превратились в щелочки.
— А если подделка понадобится нам через двадцать четыре часа? — спокойно осведомился он.
— Тогда это будет стоить на десять тысяч дороже, — прозвучал ответ испанца.
Гэрри Коулд молча кивнул головой. Десмонд Першинг уставился на него и не мог от удивления произнести ни слова, когда тот не спеша вынул чековую книжку и стал выписывать чек.
X
Белая машина скорой помощи промчалась по дороге в Андорра-ла-Велья. Фрэнк Николсон навязался третьим в машину и сидел впереди, рядом с шофером.
В фургоне на носилках лежал падре Себастьян и ничего не знал о том, что его куда-то везут.
— Значит, вы считаете, доктор, что непосредственной опасности для жизни нет? — спросил Фрэнк Николсон уже во второй раз.