Хэнс Дэвион только развел руками и сел. Встал Джастин Аллард:
– Со всем уважением, госпожа канцлер...
– Сядьте, Аллард. Я, может, не вижу, как шевелятся губы Хэнса Дэвиона, но я уверена, что вы поете с чужого голоса. Своего у вас нет. Вообще, кто вы такой? Какое право вы имеете присутствовать в кругу законных...
Хэнс Дэвион заметил, как Кандэйс нервно схватила мужа за руку, потом не выдержала – вскочила.
– Тебе не удастся безнаказанно уйти от рассмотрения этого вопроса, дорогая сестра. Принц Дэвион уже пытался объяснить тебе, что проблема не в наших сыновьях, а в твоем! Так же, как проблема раскола связана прежде всего с твоей позицией. Мы стоим перед лицом нашествия диких орд из неосвоенных областей свободного пространства. Эта угроза касается всех нас. Мы должны объединиться перед лицом надвигающейся опасности...
Романо откинула голову и истерически рассмеялась:
– Ха-ха! Объединиться!.. Ты, как я вижу, хорошо разбираешься в этих вопросах, дорогая Кандэйс. Двадцать лет назад ты уже сумела объединиться с нашими врагами. Теперь ты хочешь повторить маневр? Так, что ли?.. Не выйдет! Я отлично знаю, зачем Хэнсу Дэвиону понадобились мои войска. Чтобы угробить их где-нибудь на задворках Внутренней Сферы. Затем он явится к нам и начнет диктовать свою волю. Ты меня совсем за идиотку считаешь?
Серые глаза Кандэйс вспыхнули от гнева.
– Я уже делала попытки измерить глубину твоей глупости. Напрасные старания – она неизмерима, Романо!
– Дамы, дамы, пожалуйста, – всполошился Томас Марик, сидевший слева от Дэвиона. – Давайте отбросим взаимную вражду, разделяющую нас. Забудем старые обиды. Перед лицом фундаментальной задачи, стоящей перед нами, все остальные трудности должны быть отброшены.
Хэнс невольно глянул в его сторону. Уже который день медики, находящиеся в распоряжении Вульфа, бились над Джошуа, сыном Марика. Врачи сомневались, что мальчик выживет. Дэвион невольно усмехнулся – так часто бывает, все ждут смерти, а он возьми и поправься. Мальчишка, как говорят врачи, настоящий боец, глядишь, он нас всех переживет.
Лицо Томаса приняло задумчивое выражение. Словно он увидел истину... Подобный взгляд всегда был присущ приверженцам Ком-Стара.
– Возражения леди Романо насчет посылки ее войск в другие районы боевых действий имеют основания. Ее нация больше других пострадала от агрессивных поползновений соседей. – Марик вежливо поклонился принцу Свободной Республики Расалхаг Магнуссону. – Кроме вас, конечно.
Затем Марик продолжил. Вздохнул, заговорил с грустинкой, словно ему самому был неприятен этот разговор.
– Понятно, что вы, леди Романо, не желаете повторять исторические ошибки. Это мудро.
– Вот те раз! – воскликнул Хэнс Дэвион. – Я даю честное слово, что в течение двадцати лет после изгнания кланов ноги моего солдата не будет на территории ее государства.
Томас укоризненно и даже с некоторой издевкой усмехнулся:
– Я уверен, ваше предложение могло бы способствовать установлению духа сотрудничества, однако леди Романо требуются более веские гарантии. Ее не так легко успокоить. Вспомните, что последняя битва, в которой она принимала участие, случилась между ее Конфедерацией и нашей Лигой Свободных Миров.
Хэнс Дэвион усмехнулся:
– Тогда вы тоже дайте слово, и мы наконец приступим к обсуждению главного вопроса.
– Не надо так спешить, принц Дэвион. – Генерал-капитан сложил руки, словно собирался молиться. – Я думаю, что репутация нашей нации как нестабильного сообщества дерзких и смелых людей и ваша, господин Дэвион, совершившего нападение в день своего бракосочетания, может поставить под сомнение наши честные слова. Ей требуются, я повторяю, более твердые гарантии.
Хэнс Дэвион указал на Куриту:
– Мы с Канреем заключили пакт о ненападении. Если мы пошли на подобное соглашение, значит, мы поверили друг другу. Почему же госпожа Романо не отваживается сделать то же самое?
«Потому что она сумасшедшая, вот почему!» – сам себе ответил Дэвион и по глазам Томаса понял, что он тоже повторил эти слова.
– На этот вопрос может ответить только леди Романо. – Марик сделал поклон в ее сторону. – Я не имею права ни отвечать за нее, ни выносить решение по поводу вашего диспута. Меня более всего тревожит вопрос о войсках, которые будут переданы под чужую юрисдикцию. От моих границ до линии фронта от двухсот шестидесяти до трехсот двадцати световых лет. Это означает от десяти до одиннадцати прыжков межзвездного корабля. Простой подсчет подсказывает, что у меня не хватит ресурсов, чтобы сформировать боевую группу, способную оказать хотя бы какую-нибудь действенную помощь.
– Чепуха! – ответил Хэнс. – Все остальные готовы сделать все, что они могут.
– Посылка большого отряда – непосильное бремя для нашей экономики. В отличие от вас я не являюсь диктатором, чья власть никем не оспаривается и чьи распоряжения выполняются беспрекословно.