Мимолётная улыбка появилась и тут же исчезла.
— Думаю, Дебани заглядывает туда не ради супа.
— О? — он подумал о человеческой женщине, работавшей на Тесс, и понял интерес Дебани. — Тем не менее, постоянная щедрость может быть неверно истолкована, и мы можем заработать счёт, который не захотим оплачивать.
— В прошлый раз, когда я предложил заплатить за еду, хозяйка показалась оскорблённой, и честно говоря, лейтенант, меня она больше пугает, чем вы.
Тесс. Он однозначно не хотел бы оскорбить её.
— Ладно. Но… сдержанней, — Монти снова вздохнул. — Кроме того, если я продолжу так есть, мне придётся искать спортзал.
Внезапно Ковальски стал уделять дорогам чрезмерное внимание.
— Рути уже поговаривает о посещение спортзала или фитнес центра — в частности, «Бег и Удар», поскольку он ближе всего к квартире, в которую мы переехали. Все резиденты и работники Двора могут посещать «Бег и Удар», но там есть ещё несколько абонементов, открытых для людей, которые на них не работают.
— Возможно сейчас не самое лучшее время для такого абонемента, — сказал Монти. — Если что-то пойдёт не так…
— Знаю, но Рути считает, что давая Иным положительный взгляд на людей, может помочь нам в долгосрочной перспективе. Она всё время ходит в ВИЧ и говорит, что никогда не чувствовала угрозу. Если она вежлива, Иные тоже вежливы.
— Кому поможет? Полиции?
— Поможет всем нам. Разве не обоюдная демонстрация является основной причиной, почему Саймон Вулфгард открыл несколько магазинов для людей?
«Может быть», — подумал Монти. Спустя несколько дней взаимодействия с Иными, он сомневался, что Вулфгард хотел дружить с людьми чуть больше, чем Волк хотел дружить с оленем, но лучшее понимание добычи было полезным по разным причинам.
— Просто будьте осторожны, вы оба, — сказал Монти.
— Не сомневайтесь.
Когда они подъехали ко Двору, на двери ВИЧ всё ещё висел знак «Закрыто», но «Лёгкий Перекус» был открыт. Ковальски заехал на парковку.
— Подожди здесь.
Монти потянулся к дверной ручке, но потом остановился. Что-то было не так в том, как Бёрк озвучил положение, когда говорил о Дворе. Что-то было не то, в том, как мужчина внезапно стал нервозным.
Он снова откинулся на спинку кресла.
— Карл? В парке, в том могильнике, раньше когда-нибудь появлялся значок полицейского?
— До убийства Дафны Вулфгард два года назад не было определённого места, где мы могли бы искать идентификацию по СМН, — Ковальски смотрел прямо перед собой. — Такого не случалось со времён, как капитан Бёрк занял пост патрульного командира в участке по улице Чеснат, но в прошлом были моменты, когда заявляли об исчезновении офицера, и брошенная патрульная машина с запятнанным кровью значком были единственными, что нашлись. Были некоторые гипотезы, что шеф и капитан имели… представления… потому что если капитан Бёрк хочет, чтобы кого-то перевели из участка Чеснат Стрит, этот человек исчезает на следующий день, и никаких возражений, никаких вопросов. — Ковальски колебался. — Среди офицеров поговаривают: лучше быть переведённым, чем СМН.
— Надбавка за риск в этой команде стоит риска? — спросил Монти.
— Лейтенант, если дела будут развиваться очень плохо между нами и Иными, никакой объём оплаты не будет стоить риска. Но также в Лейксайде не будет ни одного безопасного места, так что, возможно, эти риски будут иметь определяющее значение.
И раз уже Ковальски, судя по всему, не собирался ничего больше добавлять, Монти вышел из машины и направился в «Лёгкий Перекус».
Тесс была за прилавком. От её улыбки он почувствовал себя так, словно кто-то выпотрошил ему спину, оставив его слабым и дрожащим.
— Лейтенант. Кофе только что заварен, выпечка вчерашняя. Похоже, никто сегодня не торопиться начинать это утро.
— Буду признателен за кофе, — ответил Монти. — Но я заехал, чтобы узнать могу ли переговорить с мистером Вулфгардом. Я заметил, что «Вопиющее Интересное Чтиво» ещё пока закрыто, поэтому подумал, может у вас есть способ связаться с ним.
— По какому вопросу?
— Насчёт нашего вчерашнего разговора.
В каштановых волосах Тесс внезапно появились чёрные пряди и начали завиваться.
— Сюда.
Её голос уже не был таким тёплым как раньше. Сейчас он нещадно леденил кровь.
Он последовал за ней к решётчатой двери, которая отделяла два магазина. Она открыла дверь, вошла в ВИЧ и произнесла:
— Владимир. Лейтенант Монтгомери хочет переговорить, — повернувшись к Монти, она добавила: — Члены Деловой Ассоциации в курсе вашего разговора. Саймон прямо сейчас занят, так что ты можешь поговорить с Владом.