- Иначе что? – Перебил он меня, наклонившись ближе. – Позовете патрульных, может? Думаю ваш друг будет крайне рад спасти вас снова.
Я аж задохнулась от такой наглости, примерно догадываясь откуда он узнал о недавних событиях.
- Вас это не касается. – Мотнула я головой.
- Оооо! Еще как касается! – Протянул он руку ко мне. А я содрогнулась в ужасе. – Вы еще не передумали? Может, все же расскажете обо всех злодеяниях, что творили со своим любовником?
Его большая ладонь легла на мою грязную коленку, и мягко погладила ее. Глаза мужчины при этом загорелись нездоровым блеском, в котором, подозреваю, было замешано еще и немного его особой магии. Только вот меня почему-то это не трогало. И я попыталась отстраниться как можно дальше от этого противного во всех смыслах типа, вжавшись в спинку глубокого кресла.
- Перестань играть в недотрогу, Эмма. – Нахмурился мужчина, становясь еще ближе. – Я давно разгадал тебя. Будь хорошей девочкой, и расскажи мне все, что я хочу знать.
Слова признания, и обличения так и вертелись на языке, но я все еще не знала, что мне делать и как поступить правильно. Тревога за брата все еще трепетала внутри, словно осенний лист на дереве, готовая в любой момент сорваться в пучину отчаянья, но на данный момент страшнее было за себя. Смогу ли я отбиться, от столь сильного противника? А убежать? И ведь даже монстры на данный момент казались милее и безопаснее.
- Эмма… - Рука поднялась выше, и прошлась по бедру, затянутому в кожаные штаны. – Девочка, не упрямься…
Эти гипнотизирующие глаза, этот урчащий тон… он ведь делал все возможное, чтобы соблазнить, отвлечь и выбить все-таки, так необходимое ему признание. Но я не собиралась сдаваться. Поэтому отпихнув его руку, попыталась выскочить из собственноручно созданной ловушки. Но мужчина был начеку. Меня пихнули в плечо, заставляя вернуться на пригретое кресло, и встав, нависли сверху, подавляя всей своей силой и мощью.
Я сжалась в кресле, подтянув ноги к подбородку и зажмурив глаза.
Да сколько можно-то а?
Почему это все происходит со мной?
Я уже открыла было рот, закричать и звать на помощь, когда почувствовала что чужое присутствие исчезло, и прохладный ветерок так или иначе касался разгоряченной кожи.
Все еще было очень страшно открывать глаза. Мне казалось что мужчина лишь отстранился, и сейчас вернется обратно и продолжит начатое. Но проходит секунда, вторая, и до меня доносятся приглушенные звуки борьбы.
Медленно и с опаской открываю глаза, и просто не верю в происходящее. В моей собственной гостиной, на ковре, сплелись в бесшумной драке, Дар, и господин имперский следователь Калим Орвей. И кто побеждал в этой неравной битве, я очень затруднялась сказать. Было видно, что эти двое друг другу ни в чем не уступают. На стороне одного была молодость и горячность, а у другого опыт и немалая сила.
Этих двоих нужно было как-то растащить, и помочь Дару. Но вот как, и что делать я не знала, и просто напросто терялась в догадках. Но новое действующее лицо, в виде Сабила, решило все за меня. Использовав немалую долю своего магического резерва, он растащил дерущихся по углам, и уделив все свое внимание следователю, связал того магической сетью.
- Эмма, а ты не говорила мне, что приходишься дочерью Кинсов. – Спокойно проговорил мой нянь, подходя ближе к голубоглазому блондину. – А ты, как я понимаю, мой дальний родственник.
Мужчина, прижатый к стене магическим заклинанием, поперхнулся и какими-то новыми глазами, уставился на иллюзиониста.
- Эмма, помоги Дару обработать раны, ты же у нас целитель. – Задумчиво произнес пришелец, рассматривая свою добычу. – А мы пока тут побеседуем.
Именно сейчас, мне очень не хотелось оспаривать приказы этого типа. Он казался очень опасным. Он казался злым. Он мог и убить, будь на то его воля, в этом я уверена.
Помогая Дару подняться, краем глаза наблюдала за Сабилом, и очень удивлялась тому, что происходило.
Мужчина подошел вплотную к своему дальнему родственнику, и вгляделся в голубые глаза что блестели каким-то нездоровым блеском. Я заметила еще раньше, что с мужчиной было что-то не так, но это было лишь замечание вскользь. А теперь, наблюдая за тем как иномирянин вглядывается в чужие глаза, кажется начала догадываться о происходящем.
Оттащив Дара на кухню, и посадив его на стул, начала проводить стандартную процедуру осмотра больного. Нас этому учили с первого курса, и сейчас это делалось почти по наитию, совершенно не подключая к процессу сознательную часть мозга, что все еще оставалась мыслями в гостиной. Но Дар постепенно приходил в себя, и в момент, когда я ждала этого меньше всего, положил свою руку на мою, останавливая весь процесс досмотра больного.