Что делал в это время Сабил, не знаю. Да и знать не хочу. Я была слишком обиженна на мужчину, который оставил своего старого друга на произвол судьбы. А он и не отсвечивал, предпочитая пока что заниматься какими-то своими делами и не подходить ко мне. Все правильно… Сейчас это может быть чревато.
Маленький огонек погружал в состояние транса, и я невольно начала прокручивать события этой ночи, ровно с того момента как незнакомый мобиль подъехал к постоялому двору.
События перед сознанием прокручивались медленно. Словно нехотя, ворочась перед моим взором, и намекая на что-то, чего я никак не могла заметить. Но вот мгновение замедляется и я кажется что-то начинаю понимать.
Красный мобиль. Сверкающий красный мобиль. Что-то с ним было не так. Какая-то маленькая деталь, которую не замечаешь сразу, но она видна и маячит перед глазами. И это не дает мне покоя, зудит где-то внутри.
- Эмма. Эмма, ты меня слышишь? – И вновь Сабил. Пусть оставит меня в покое, сейчас не до него. – Эмма, очнись!
Но я не реагировала, всматриваясь в маленький огонек напротив меня.
- Чертова девчонка! – вновь заговорил на незнакомом языке мужчина.
И мир опять погрузился в тягостную тишину.
Вновь и вновь перед глазами возникал странный мобиль. Вновь и вновь из него выходила странная дама, которая тоже не давала покоя.
Кем все-таки является та незнакомка, и почему у меня ощущение что я знаю ее, но вблизи мы ни разу не встречались?
Ну же, мозг! Именно ради этого Алекс и взял нас с собой. Думай!
Гробовую тишину нарушил неожиданный стук в дверь, выводя меня из странного оцепенения и давая глупую надежду. Может это Алекс?
Слабая надежда, затрепетала сильней в груди, и я вскочила вслед за своей нянькой направиляясь посмотреть, кто же решил облагодетельствовать на своим визитом. И даже при том что я рассчитывала увидеть определенного человека, я не могла не осознавать, всю опасность данной ситуации и этого визита в частности. Поэтому, остановившись у небольшого шкафа, в коридоре, спряталась за ним, выглядывая из-за его угла.
Сабил оглянулся на меня лишь раз, в тот момент когда коснулся ручки входной двери, и видимо оставшись довольным моей предосторожностью, открыл хрупкую преграду нашей безопасности.
Того самого попрошайку, которому Сабил во время нашего «героического» отступления, что-то шепнул на ухо, я узнала почти сразу. Он прихрамывая прошел в дом, аккуратно прикрывая за собой злосчастную дверь. Поношенные, но теплые штаны, ботинки с утепленным мехом, что торчал из за кромки обуви, грязная рубашка и теплая зимняя куртка. Вот что бросилось в глаза. И пусть все вещи были замаскированы, потерты и грязны, создавая более полный образ бродяги, присмотревшись, можно было понять, что он не так прост как кажется.
Переминаясь с ноги на ногу, и непрестанно горбясь, он оглянулся вокруг. А заметив меня, согнулся еще ниже и начал сильно кашлять, все больше входя в требуемый образ. Я уже не сомневалась что это был именно возраст.
- Она своя. – Хмуро отозвался Сабил. – И у нас нет времени на твою комедию.
-Не цените вы господин, труд одаренного актера! – Патетично воскликнул лже-попрошайка.
- Актерствовать будешь на улицах или на сцене. А сейчас говори что вызнал. – Спокойно проговорил мой нянь в образе Алекса.
Странно что он до этого казался мне самим собой, хотя я точно знаю - личину он не снимал.
- Позволь мне слово молвить, господин! – прихромал он к Алексу-Сбилу, протягивая свою длань со скрученными в спазме пальцами. – Как вы и просили, я пришел к «Тихому пристанищу» и начал наблюдать за красным мобилем. Сначала в него никто не заходил, а из его нутра, никто и носа не казал. Но прошло какое-то очень краткое время и вот, за ним, встал другой, менее приметный мобиль, раза в два больше маленького и яркого собрата. Из него тут же вышли двое мужчин, в плащах и капюшонах, и направились к «Смущенному Гусю», чей хозяин в этот предрассветный час спал беспробудным, сладким сном. Потом, какого-то мужчину, без сознания и под белы ручки вывели из «Тихого пристанища», запихнув в большой мобиль, и не дожидаясь тех двоих что вышли из махины раньше, скрылись.