По общему размеру и форме уродливой головы существа с корявой пастью и острыми зубами она поняла, что украшение на шее Бэтти должно быть черепом летучей мыши.
Очаровательно, - подумала она.
Я в сумасшедшем доме.
Хелен здесь не было.
Разве что в том сундуке...
Она снова взглянула на сундук, стоявший у изножья кровати, и решила, что тот слишком мал для Хелен. Разве что...
- Ты что, колдун? - спросила Финли.
- Некоторые так говорят. – Старик сипло засмеялся. - Некоторые считают меня сумасшедшим.
- Так кто ты на самом деле?
- Старина Бэтти видит невидимое, знает неизвестное. Садитесь, садитесь.
Они взяли стулья и сели вокруг стола. Старик развернул на столе коврик, похожий на дубленую шкуру животного, окрашенную в темно-коричневый цвет. В центре слабо виднелся извилистый овал размером с футбольный мяч.
Сквозь отверстие у края контура виднелась столешница.
Подойдя к Абилин сзади, Бэтти ткнул в отверстие острием своего ножа.
- Место Бэтти.
- Это карта? - спросила Кора.
- Так и есть.
Кора протянула руку и коснулась края овала.
- А это озеро?
Бэтти не ответил.
- Ты собираешься показать нам, где находится Хелен?
Бэтти подошел к полке и, взяв глиняную чашу, вернулся к столу.
В углу что-то скрипнуло. Абилин вздрогнула, бросив взгляд в том направлении, и увидела, что кресло-качалка покачивается. Это напомнило ей о том уродце, которого они увидели в ту злосчастную ночь на Хэллоуин. В инвалидном кресле в углу. Сначала они его не заметили. Как и сейчас белоснежного кота, примостившегося на сиденье кресла-качалки.
У нее вырвался дрожащий вздох облегчения.
Остальные, так же, как и она, были напуганы неожиданным появлением животного, но, похоже, тоже мысленно перекрестились, увидев лишь безобидного пушистика.
- Амос, - представил его Бэтти своим гостям.
Кот поджал хвост.
- Как типично. Колдун и его кот. - Ухмыльнувшись Бэтти, Финли спросила: - Ты знаешь, где Хелен? Ты видел ее? Или ты просто морочишь нам головы?
Абилин помрачнела, желая, чтобы Финли заткнулась и не провоцировала этого психа.
- Я узнаю, - сказал Бэтти и поставил чашу на карту.
- Если сейчас он высыплет в нее с куриные головы...
- Заткнись! - прошептала Абилин. – Пожалуйста, просто заткнись.
Финли усмехнулась и закатила глаза вверх.
Вивиан, игнорируя их перепалку, наблюдала за действиями старика с напряженным выражением лица.
Кора тоже не сводила взгляд с Бэтти словно завороженная.
Абилин вздрогнула, когда Бэтти подошел сзади и положил огромный нож на стол перед ней.
- Отдай частичку себя.
Абилин склонила голову набок и уставилась в обветренное, усатое лицо.
- Что?
- В сосуд.
- Я не понимаю
Финли усмехнулась.
- Я думаю, ты должна порезать руку и наполнить кровью чашу. Так, Бэтти?
- Все правильно.
- Ух ты, парень. Я знала, что это будет какая-то жопа, - не удержалась Финли от комментария.
- Это путь.
- Возможно, это твой путь. Вот почему тебя называют сумасшедшим.
- Да заткнись ты наконец! – прорычала Кора.
Финли вздрогнула, ошеломленная резким упреком. Лицо покраснело, голос стал мягче, когда она сказала:
- Ты ведь не веришь в эти вещи, правда?
- Стоит попробовать.
- Этот псих хочет, чтобы мы порезали себя.
- Прекрати, Фин, - сказала Вивиан. - Я думаю, мы должны сделать то, что просит Бэтти. Если это поможет нам найти Хелен, то это единственное, что действительно важно.
- Я хочу найти ее, как никто другой. Но идти на поводу у этого сумасшедшего...
Абилин схватила нож и порезала острием левую руку.
Финли судорожно вздохнула:
- Черт!
Абилин вытянула руку и сцедила кровь в чашу. Рану жгло, но было не так больно, как она ожидала. Она смотрела, как льется яркая струйка крови, слышала тихий плеск на дне сосуда.
На ее плечо легла ладонь. Ладонь Бэтти.
- Ты светлая душа.
Она передала нож Финли, которая сидела справа от нее.
- Я не уверен, что хочу это сделать, - пробормотала Финли. Она посмотрела на остальных, а потом перевела взгляд на кровоточащую руку Абилин и нахмурилась. Пробормотав: - Мы заработаем гангрену и потеряем руки, - она порезала себя и протянула руку, присоединившись к Абилин над чашей.
Она передала нож Коре. Не раздумывая ни секунды, Кора проткнула руку кончиком лезвия и протянула ее к чаше, отдав нож Вивиан.
Та осмотрела свою левую руку, словно ища лучшее место для пореза. Затем, как и остальные, провела лезвием на краю ладони, тихо застонав и болезненно скривившись.
Наступила тишина, все сидели вокруг стола, вытянув левые руки, их кровь стекала в чашу.