— Опять набрали с перепугу, — сказал он, намазывая тост маргарином. — Надеюсь, здесь не штрафуют, как в Турции.
— За что? — спросил Ник.
— За недоеденное.
— Я все съем. И выпью.
— Тогда за дело.
— Ура! — воскликнул Ник. — У нас африканский завтрак!
— Почему африканский? Мы же в Греции.
— Не знаю.
— Красота, — мечтательно произнесла Марго, скользнув взглядом по глянцу воды на зелень холмов, в которой прятались, точно ягоды, кремовые, розовые, желтые домики.
Игорь согласился: греческая пастораль выглядела умиротворяюще. Горы Албании стояли на горизонте призрачной громадой. Утреннее море было бледным, голубовато-серым. По воде бежала искрящая рябь. От недосыпа побаливала голова, но свежий морской воздух убаюкивал и расслаблял.
Позавтракав, они переместились на пляж. Песчано-галечный, крошечный, невзрачный. Это не стало ударом: с мечтой о широкой полосе белоснежного песка Марго попрощалась еще в салоне туроператора, разглядывая фотографии курорта. Зато шезлонги и зонты из пальмовых листьев были бесплатными, а цена на двухнедельный горячий тур — вполне демократичной. Сказочные пляжные виды они заранее решили ловить в Палеокастрице.
— Так, все в Адриатическую ванну! — скомандовал Игорь.
— Я сначала прогреюсь. — Марго поправила верхнюю часть сочно-оранжевого купальника, отчего на Игоря второй раз за утро накатила щекотная волна желания.
— Не разбегаться, пока кремом всех не намазала!
В белых разводах солнцезащитного крема, улюлюкающие и предвкушающие, Игорь и Ник вбежали в море — сначала по камням («Минус ноги!» — прокомментировал Ник), потом по песку. Игорь нырнул, вынырнул, убрал с лица мокрые волосы и рассмеялся.
— Прохладно, бр-р.
— Потому что ты мерзляк! — разобрался Ник.
— Ах вот оно что!
Пологое дно лениво уходило вглубь, к подводным городам с разумными осьминогами и затонувшим судам из ламповой фантастики. Игорь приблизился к каменному волнорезу. По зеленоватым от ила камням ползали бурые крабики. На западе, напротив соседнего отеля или деревушки, виднелся изогнутый мол, к которому прилипли рыбацкие лодки. Игоря окатило брызгами: Ник наступал, изображая пароход. Игорь снова нырнул, превратился под водой в акулу и попытался цапнуть добычу за ногу. Добыча вырвалась и, отбиваясь, огрела его кулаком по затылку. Игорь всплыл мешком, лицом вниз, притворяясь мертвым. Ник скакнул ему на спину и пустил на дно.
— Все, все, победил! — отплевавшись, сдался Игорь. — А теперь поплавай немного, потренируй мышцы. Видел, какие у пловцов широкие плечи и грудь?
— Не хочу сиськи как у бабы!
— Да не сиськи. А развитая грудная клетка. И сильная спина. Поплавай, пожалуйста. А потом прогуляемся по отелю, поищем водную горку.
— Да!
Вода теперь казалась теплой, почти парной. Игорь поплыл над волнистым песком, высматривая на дне ракушки. В бледно-голубой воде сновали стайки мелких рыбок, полупрозрачных, словно стеклянных. В просветах между черными клубками водорослей лежали бородавчатые морские огурцы, голотурии, унылое существование которых сводилось к прокачиванию через длинное тело морской воды. Игорь отложил голотурий в мысленную папку идей: «А если их увеличить и заменить воду на кровь?» Он нырнул за зеленым камешком, который оказался скатанным морем осколком бутылочного стекла.
На солнце, почти мгновенно обсохнув, кожа покрылась щекотной корочкой соли.
Марго болтала с соседкой. Пожилая женщина с короткими белыми волосами (излишне смелая и молодежная стрижка, по мнению Игоря) сидела на краю лежака и курила тонкую сигарету.
— Мальчики, познакомьтесь, — сказала Марго и представила женщину: — Оксана. Оксана, это…
— Мальчики, — морщинисто улыбнулась женщина.
— Игорь и Никита.
— Приятно, — кивнул Игорь.
Ник что-то пробормотал.
— Оксана советует сходить в мастерскую кожевника. Тут недалеко.
— За прокатом автомобилей развилка, — сказала Оксана, — автобусы налево в Роду едут, а другая дорога в гору ползет, к деревушке Астракери. Начнете подниматься, увидите лавку Гермотима. Очень специфичный мужчина, но товары интересные.