Я не святая. Не мученица. Не монахиня. Я убийца. Оружие. Месть. Вот кто я.
Тогда Ватикан не пришёл на помощь. Святая церковь отреклась от своих воинов, бросив их на произвол судьбы. Те, кому удалось выжить после нападения демонов, собрались в обители под руководством отца Кирилла. Похоронив своих товарищей, родных и близких, экзорцисты приняли решения порвать все связи с Ватиканом и создать собственную церковь. Церковь, чья паства идёт путём меча и крови; берёт на себя тяжесть греха, дабы иные могли жить. Экзорцисты не являются ни священниками, ни монахами — они воины, пусть и на службе у небес.
— Ника?
Голос Кирилла оторвал меня от воспоминаний.
— Святой отец. В какой отряд вы меня определили?
— Для тебя есть иное поручение. Ты не будешь участвовать в охоте за оставшимися демонами.
Он произнёс это спокойным, но не терпящим возражений голосом.
— Что?! Это ещё почему?
Мои руки непроизвольно сжались в кулаки, когда я поймала торжествующий взгляд Демьяна.
— Не кипятись. Он тут ни при чём. — Поспешил заверить меня настоятель, заметив куда я смотрю. — Это моя личная просьба.
Медленно выдохнув, я постаралась расслабиться. Видимо, нервы сдают. Чёртов Демьян.
— Что за поручение?
В глазах отца-настоятеля мелькнула быстрая улыбка, которую тут же сменило серьёзное выражение.
— Наши соглядатаи в северном районе сообщили мне о случае одержимости. Дело серьёзное и я не могу доверить его никому, кроме тебя. Жертва — юная девушка, твоя ровесница. Её имя Элис.
— И что же здесь особенного? Обычная одержимость..
— Дослушай, а потом уже делай выводы. — Прервал меня Кирилл.
Я покорно кивнула.
— Случай необычен тем, что эта девушка обладает даром пророчества. Он выражен весьма слабо, но всё же присутствует. С двенадцати лет Элис делится с нами информацией о грядущих атаках демонов. Не то чтобы сведения были регулярными и подробными, но иногда приходятся очень кстати. Её тётушка обеспокоилась изменениями поведения и новыми странностями, которых ранее за Элис не замечалось. Вчера вечером она связалась со мной и по сказанному ею я диагностировал одержимость. Все стандартные признаки налицо: чертовские терзания, обсессии, синдром Туретта. Девушку нужно срочно спасать, судя по всему демон довольно силён и её надолго не хватит. Вот адрес, — он протянул мне листок с парой строчек, написанных красивым размашистым почерком, — поспеши. Они живут вдвоём, так что посторонних свидетелей не будет.
— Ладно. — Кивнула я и уже собралась уходить, когда настоятель поймал мою руку.
— Постой, Ника. Думаю, будет лучше, если твой спутник останется здесь.
Вот блин.
— Нет, он должен идти со мной.
— Почему? — В его глазах мелькнуло подозрение. Нехорошо.
Краем глаза я заметила как Ян отвернулся, делая вид, что не его сейчас обсуждают. Поза демона выдавала напряжение.
Я вздохнула.
— Возможно, что моё поведение кажется тебе странным и всё это неожиданно, но мне уже девятнадцать и руки мои по локоть в крови. Я сражаюсь с демонами, убиваю и вижу каждый день такое, что мало кто из моих ровесников увидит за всю свою жизнь. Неужели я не заслужила доверия и свободы в принятии решений? К чему подобная подозрительность? Не смотря на всё, что мне пришлось пережить, я всё ещё молодая девушка и ничто человеческое мне не чуждо. — Я лгала, но другого выхода не было. — Ян мой парень. Так как в монахини меня не посвящали, то не вижу в этом ничего предосудительного. К тому же, он неплохо сражается, знает о демонах и не станет обузой в битве. Поэтому, мы идём вместе.
Закончив свою тираду, я внутренне сжалась, ожидая увидеть незаслуженное разочарование на лице наставника. Но там всё ещё было подозрение. Он мне не поверил.
— Хорошо. Ступай, дочь моя. — Сказал он вопреки моим ожиданиям. Это было странно.
Кивнув, я схватила Яна за руку и поспешила к выходу, мне совсем не хотелось здесь задерживаться. Вдруг Кирилл что-то заподозрил?
Оглянувшись в последний раз, я поймала тяжёлый взгляд настоятеля, направленный на демона. Чёрт! Он точно что-то подозревает. Лгунья из меня вышла никудышная. Вот только чем это для нас обернётся..
Глава 4. Суккубы тоже плачут
«Хочу я быть свободною волчицей,
Дышать прохладным воздухом полей,
Визжать и выть, и рыскать в темной чаще,
Пугать мужчин, и женщин, и детей,