* * * * *
Должно быть, я задремала в ванной, потому что следующее, что помню, это приглушенные голоса за дверью.
— Я просто не понимаю, почему ты так поступил, — произнес кто-то, скорее всего, Велиал.
— Я же сказал, — ответил Лаиш. — У меня не было другого выбора, кроме как скинуть форму змеедракона — паукодемоны значительно превосходили меня числом.
— Но вы не могли просто так отдать свою вторую по силе форму, милорд! Вы так долго её создавали!
— Я так поступил во спасение Гвендолин, — холодно ответил Лаиш.
— Но почему? — настойчиво спросил Велиал. — Поистине, она очаровательная молодая женщина, но она всего лишь смертная. Я бы понял, возьми вы её в вечные наложницы, но вы явно не хотите её проклинать.
— И почему ты так думаешь?
— Потому что она поведала о тех жертвах крови, на которые вы идете, чтобы её прокормить. Не говоря уже о боли, которую вы терпите ради неё. Позвольте напомнить вам, милорд, насколько это опасно, особенно в вашем положении?
— Не обязательно напоминать мне об этом, Велиал. — Глубокий голос Лаиша хлестнул, как хлыст. — Я прекрасно осознаю последствия своих действий.
— Но я совсем не могу вас понять, повелитель. — Теперь голос старого демона звучал почти жалобно. — Зачем проходить через боль, неприятности и страдания ради одной смертной?
Лаиш вздохнул, явно проводя рукой по волосам.
— По правде сказать, Велиал, я и сам не понимаю. Только знаю, что Гвендолин очаровала меня, — тихо признался он.
— Повелитель, должна быть другая причина.
— Велиал… — в голосе Лаиша слышалось предупреждение, но старик продолжил.
— Вы хотите вкусить её душу? У вас никогда не было таких предрасположенностей. Хотя я смогу принять подобное объяснение. Может быть, у нее особый вкус? Вы поглощаете её понемногу, чтобы она даже не заметила утраты?
Фу! Какая мерзкая идея! Я даже не знала, что такое возможно. Но ответ Лаиша оказался ничуть не лучше.
— Я не попробовал её душу… пока, — сказал он.
«Пока? И что это должно значить? — рассердилась я. — Разве не он уверял, что не заинтересован в моей душе? Неужели он солгал? Если так, то в чем ещё он обманул меня?»
— А может она усиливает вашу силу? Может, её похоть сильнее остальных? — продолжил допрос Велиал. — Или все дело в колдовстве? Возможно, вы охотитесь за её невинностью? Несомненно, забрав её, вы сможете вернуть форму змеедракона или создать новую.
Я затаила дыхание, надеясь, что Лаиш возразит, что скажет старику, что он заботится обо мне, а не держит как подзарядку для аккумулятора. Что он не заберет мою девственность в обмен на власть. И тем более не высосет душу. Но нет.
— Разговор окончен, — кратко ответил Лаиш.
— Но повелитель…
— Я сказал, разговор окончен. — Голос Лаиша упал до угрожающего рычания.
— Слушаюсь, повелитель. — Я представила, как Велиал отвесил неловкий поклон.
Раньше он казался таким милым, добрым старичком, но теперь говорил, что Лаиш должен отдать меня на растерзание паукодемонам или использовать для повышения ранга. Видимо, внешность обманчива.
— В таком случаю, я покину вас на сей вечер, — сказал он Лаишу. — Возможно, мы вернемся к этому вопросу на Совете завтра, прежде чем вы отправитесь в путь с юной леди.
— Возможно. Но мы задержимся здесь ненадолго — я принял меры предосторожности, которые выиграют нам спокойный отдых, по крайней мере, на две ночи. Гвендолин пришлось очень не сладко в нашем путешествии, она должна восстановить силы.
Ну, хотя бы приятно знать, что он беспокоился за меня, даже не осознавая причины. Почему-то в горле застрял комок от одной мысли об этом, что было глупо. Как будто я хотела, чтобы демон действительно заботился обо мне. «Будто он вообще способен заботиться. У него нет души, забыла? — сказала я себе. — А чего ты ожидала?»
Наверно, чего-то большего. Особенно, когда он был таким милым, добрым и заботливым. Когда он вел себя так, будто я действительно что-то значу для него. Когда он заставил меня поверить…
Я резко оборвала мысли и решила выйти из ванны.
Я вытащила пробку и переступила через бортик, схватив широкое белое полотенце. Я находилась в воде так долго, что кожа на пальцах начала скукоживаться — ненавижу это ощущение.
— Очередной повод чувствовать себя жалкой, — сказала я себе, быстро вытерлась и завернулась в полотенце.
Лаиш постучался в дверь, едва я закрепила полотенце.
— Гвендолин, я могу войти?