Я изогнулась дугой, когда ледяная вода коснулась моих ног, а затем лодыжек и икр. Всё происходило так быстро! Не прошло и минуты с тех пор, как я слезла с Кюрекса, чтобы ответить на крик о помощи. Теперь же утону за свою глупость.
Разве Лаиш не говорил мне не доверять никому, кроме него? И остерегаться любого, если мы разделимся? И как я поступила? Снова проигнорировал его наказ. Я поклялась, что стану прислушиваться к его советам, если как-то смогу выбраться из сложившейся ситуации.
Когда дала себе обещание, я уже была по пояс в мутной воде, а девушка душила меня ледяными пальцами.
— Нет! — Я попыталась оторвать её пальцы от шеи, но, как и прежде, её хватка была сверхъестественно крепкой. Жаль, что не знаю слов силы Лаиша. Я была совсем одна, и никто не мог мне помочь.
«Не совсем одна», — прошептал голос в моей голове… Или на ухо? Почему-то я поймала себя на том, что смотрю на Кюрекса, который беспокойно топал копытами. Нападение девушки на меня было настолько внезапным, я не думаю, что он понимал, что происходит. Но он был всего лишь животным — мог ли он помочь мне?
Если бы я росла с лошадьми или собаками — животными, которые охраняют и спасают хозяев, — я бы сразу его позвала. Но я всегда любила кошек, а кошки, хоть и милые, вряд ли станут драться с грабителями или пытаться вытащить тебя из горящего дома. И всё же должна была попытаться — Кюрекс был моей единственной надеждой.
— Кюрекс! — прохрипела я. Девушка сжимала горло всё сильнее, воздуха оставалось всё меньше и меньше. — Кюрекс, спаси меня!
Он сразу обернулся и, казалось, только сейчас понял происходящее. Он громко и сердито заржал, а затем направил на девушку переднее копыто размером с тарелку. Один резкий пинок, который выглядел как черное размытое пятно, и хватка на моей шее ослабла.
Кюрекс ударил снова, и руки девушки полностью соскользнули с моей шеи. Её ядовито-зелёные глаза потухли и закатились. Одна сторона её лица была вдавлена, из ноздрей и уголка рта текла темная кровь.
— Х-хороший м-мальчик, — прошептала я, стуча зубами. Когда девушка погрузилась под стеклянную поверхность пруда, я попыталась выбраться на заледеневшую землю. Но настолько ослабла и замёрзла, что не смогла найти силы пошевелиться. Борьба с девушкой забрала мои последние силы. Я почувствовала, что соскальзываю назад, не в силах выбраться. Может быть, я все-таки утону здесь, даже без проклятой души, которая затянет меня…
Кюрекс снова звонко заржал и любопытно обнюхал меня огромным носом.
— П-прости, м-мальчик, — прошептала я, мои слова доносились как будто издалека. — Н-не могу…
Он взмахнул огромной головой, и я почувствовала, как что-то зацепилось за моё платье на спине. Затем невидимая сила подняла меня и вытащила из ледяной воды. Вдруг я поняла — это конь зажал в зубах мое платье и тащил меня в безопасное место.
Он осторожно опустил меня на землю между передними копытами и снова обнюхал. Но всё, что я могла делать, это лежать. Я продрогла до костей, а нижняя часть тела так онемела, что едва чувствовала ноги. Кюрекс снова обнюхал меня, тревожно фыркнув.
— Ты должна встать, — прошептал тихий голос мне на ухо. — Иначе умрешь в этом проклятом месте. Вставай, Гвендолин… Давай же!
— Не могу, — ответила я, гадая, с кем разговариваю — с собой или с кем-то ещё. — Я просто не могу… Я так устала. Так устала…
— А как же твоя бабушка и сестра? Как же те, кого ты любишь? Кого ты хотела спасти? Как же Лаиш? Встань, если не ради себя, то ради них, — настоял мягкий голос.
— Лаиш мертв, — прошептала я, и снова горячие слезы потекли по моим ледяным щекам. Но я нашла в себе силы подняться на четвереньки, а потом и на ноги, держась за уздечку Кюрекса.
Забраться на его широкую спину в моем полуокоченевшем состоянии и без помощи казалось невозможным. К счастью, рядом лежал камень, наполовину засыпанный снегом. Я кое-как вскарабкалась на его скользкую поверхность и перекинула ногу через широкую спину демонического скакуна. Затем просто сидела, вцепившись в седло, замерзшая и несчастная, не зная, что делать дальше.
Кюрекс фыркнул, словно задавая вопрос, и повернул голову, чтобы посмотреть на меня большими глазами.
— Мне всё равно, — устало сказала я. — Иди, куда хочешь. Я только прошу, найди нам какое-нибудь теплое место.
Он снова фыркнул и двинулся вперед, осторожно выбирая путь, который мог видеть только он. Лично я была рада, что всё покрыто снегом, как равнины Минауроса — песком. Если на замерзшей пустоши были тысячи прудов, полных вечно тонущими убийцами, я не хотела знать об этом. Я просто наклонилась к теплой шее Кюрекса и позволила ему везти меня.