Он всё понял.
— Теперь понимаю, почему ты испугалась меня, узнав, что я огненный демон.
— Да, но… — Я вырвалась из объятий и снова протерла глаза. — Не думаю, что была справедлива к тебе. Нельзя судить о народе по одному человеку.
— Вообще-то, можно именно в этом случае, — мягко ответил он. — Держу пари почти на что угодно, что твоя мама призвала огненного беса — демона из лавы Огненного Озера. Они безмозглые существа, цель которых смерть и разрушение.
— Так значит… Существует много огненных демонов? — нахмурилась я в неверии. — Ты уверен?
— Абсолютно, — сухо сказал он. — Я принадлежу к другому виду.
— И как же вы отличаетесь?
— Меня крестили в Огненном Озере, когда я был низвергнут, поэтому моя сила исходит из него, — сказал он. — Но я не родился в нём.
Хотела спросить, откуда его низвергли, но вспомнила прошлую реакцию и прикусила язык.
— Так значит маме… не повезло с призывом демона для заклинания?
— Не повезло, и она не обладала нужными знаниями. Призыв демона — очень опасный ритуал. Ты открываешь дверь и открываешь себя темным силам, когда взываешь кому-то из моего рода.
— Знаю, — прошептала я. — Поэтому и хотела призвать меньшего демона, когда колдовала…
— И взамен ты получила меня. Никогда не знаешь, кто придет к тебе из Адского царства, когда открываешь дверь.
Я вспомнила о портале в Бездну и вырвавшееся через неё порождение ада. Несомненно, демон продолжал выслеживать меня. Впервые осознала, насколько глупо и безрассудно вела себя. И все же, сделала бы это снова. Тейлор — моя подруга, и я не жалела, что спасла её с порога смерти. Хотя и должна была действовать осторожнее.
Лаиш принял мои раздумья за спокойствие. Он слегка прикоснулся к щеке костяшками пальцев и присел.
— Попробуй поспать ещё немного, тебе нужно выспаться. До рассвета осталось пара часов.
Он начал подниматься, и я потянулась к нему — ничего не могла с собой поделать.
— Погоди… — Я прикоснулась к его оголенной, мускулистой руке. — Пожалуйста, останься со мной. Хочу, чтобы ты снова меня обнял.
Его лицо озарилось, не оставив и следа от нашей ужасной ссоры за ужином.
— Ты правда хочешь?
— Да, и ты это знаешь. — Слегка потянула его. — Я хотела, чтобы ты присоединился ко мне ещё раньше, но не знала, как попросить.
— Напрямую, mon ange, — нежно сказал он, легкая, веселая улыбка изогнула уголок его чувственного рта. — Я в твоем распоряжении в любое время.
— Вот я и прошу, — сказала я. — Обними меня.
— Как пожелает моя леди, — произнес он глубоким, удивлённым голосом. Он снова лег рядом и крепко прижал меня к себе.
Я прильнула к нему, как тогда, когда он впервые спас меня от демона. Уткнулась носом в подбородок и прижалась щекой к его широкой теплой груди. Густой аромат специй и корицы щекотал мне нос — это был запах безопасности, дома и уюта. Я удовлетворенно вздохнула, обняв Лаиша за талию. Это было прекрасно. Он дал мне то, чего я желала все это время. И хотя знала, что слаба, поддаться желанию пообниматься с ним не казалось неправильным или опасным — это было приятно. С Лаишем всё было правильно и идеально.
Я прижалась ещё ближе и внезапно ощутила что-то твердое и горячее у пупка.
— Ой! — Я прикусила губу.
— Прошу прощения. — Лаиш слегка отодвинулся. — Хоть я и принц ночи и тени, но всё же мужчина. И никакие силы не сдержат моей реакции на твоё тело, Гвендолин.
Я тоже ничего не могла поделать с реакцией на Лаиша. Соски стали тугими, а лоно влажным — и это всего лишь от близости к Лаишу и терпкого запаха мускуса с примесью корицы. Не говоря уже о его большом, теплом теле, прижимающемся к моему.
И тут меня осенило.
— Подожди… — Я потянулась к нему, когда он хотел отстраниться. — Я хочу кое-что попробовать.
— И что же? — В его взгляде читался вопрос.
— Это. — И надавила на его широкие плечи, пока он полностью не лег на спину.
— Что ты задумала, mon ange? — промурлыкал он, его глаза полыхнули рубиновым и золотым цветом в приглушенном свете.
— Я хочу заплатить налог на грех, — поделилась я. — Но хочу быть главной на этот раз. Я хочу познать тебя, как ты меня.
— Правда? — На его чувственных губах заиграла легкая усмешка, и он полностью открылся мне, закинув руки за голову. — Тогда, Гвендолин, я весь твой.
«Что ты творишь? — закричал тихий голос у меня в голове. — Ведь ты твёрдо решила не прикасаться к нему и тем более не позволять ему прикасаться к себе! Он опасен!»