Ебать… и это говорит родная мать, после того как её дочь чуть не изнасиловали? Чувство злости переполняют меня. Распахиваю дверь, стремительным шагом подхожу к Беатрис, беру её за руку.
— Мы уходим! — рычу я, сдерживаясь всеми силами. Она немного колеблется.
— Мне нужна минута.
Пошатываясь, направляется в комнату, слышны невнятные бормотания — и наконец она выходит.
Глава 5 Беатрис
Беатрис
Мне нужна минута. Захожу в комнату к бабушке.
— Простите, бабуль… Я так больше не могу. Не хочу сейчас выслушивать от матери ничего, поэтому лучше уйду. Если не сделаю это сейчас — то не смогу и потом.
— Ох, милая, я не сержусь на тебя. Ты должна строить собственную жизнь. Не думай обо мне.
— Спасибо…
Не сдерживаю непрошеные слёзы, обнимаю бабушку на прощание. Открываю комод, беру деньги, которые копила всё это время, и вещи, чтоб переодеться.
— Я буду вас навещать, пока её не будет дома.
С этими словами выхожу из комнаты, направляясь к Ронану.
— Триса! Ты, никуда не пойдёшь! — шипит мать, хватая за руку.
Ронан перехватывает руку, сдавливая цепким захватом, отшвыривает её, смеряя смертоносным взглядом.
— Ты ещё пожалеешь об этом, — сужая глаза, продолжает говорить, идя за нами к выходу.
— Думаешь, если он трахает тебя, ты ему нужна?! Да он даже не прикоснётся к тебе после того, что с тобой сделали! Ты грязная шлюшка!
— Со мной ничего не сделали! Он мне помог и поддержал! А ты всё ещё помешана на том, «что же скажут люди — трахаюсь я с кем-то или нет»?! Мне срать на мнение людей — и на тебя отныне тоже!
Кричу матери. Горькие слёзы стекают по щекам, обжигая кожу. Пощёчина ударяет по щеке, с губы снова начинает сочиться кровь. Я не чувствую боли — у меня сжимается сердце от осознания того, что мать в очередной раз доказала: я ей безразлична.
Ронан отпихивает мать, обнимает меня за плечи, подталкивает, заставляя выйти из ступора и двигаться к машине.
Поездка к его дому проходит в тишине — лишь мои всхлипы нарушают её.
Двери лифта открываются — и мы сразу находимся в квартире. Я не видела ничего подобного раньше. Ронан показывает жестом, пропуская меня вперёд. Вхожу, оказавшись в большой гостиной: три серых дивана стоят вокруг современного чёрного стеклянного камина, с обеих сторон от которого стоят такого же чёрного цвета полки с книгами. Современный интерьер и мебель. Ничего лишнего, никакого декора — лишь несколько пустых ваз разного размера. От деревянного пола до потолка расположены панорамные окна с раздвижными дверьми, ведущими на террасу, откуда открывается шикарный вид на ночной город.
Открытая кухня расположена в правой части квартиры, барный стол с мраморной столешницей отделяет кухню от гостиной. Прослеживаю взглядом лестницу, ведущую на второй этаж, на котором видно несколько комнат.
— Нам придётся спать вместе, чтоб я мог помочь, если ситуация усложнится и тебя будет рвать. Я могу — лишь на диване.
— Ничего страшного. Но я хотела бы лечь спать, голова всё ещё кружится.
— Конечно. Наверх — прямо по коридору.
Поднимаюсь на второй этаж, захожу в спальню. Как и в гостиной, здесь панорамные окна. Подхожу к огромной кровати с шёлковым постельным. Стены серого цвета — так же, как и мягкая мебель во всём доме. В конце комнаты виднеется вход в гардеробную, рядом дверь в ванную комнату. Захожу в ванну, раздеваюсь и встаю под душ, вспоминая, как мерзко прикасался и облизывал моё тело Бобби. Тошнота подступает к горлу. Тру шею и тело до покраснения, чтоб избавиться от воспоминаний прикосновений.
Выхожу с душа, замотавшись полотенцем. Не хочу одевать то, в чем меня лапал этот кретин. Закрываю окна шторами, нажимаю на включатель лампы, и резкий свет вспыхивает, подсвечивая, казалось бы, все углы в этой комнате. Тишина бьет холодом, и кажется, будто всё осуждает меня — за сегодняшний день, за то, что наговорила матери, за то, что не смогла дать отпор. А если бы Сэм не выбил дверь, если бы никто не услышал… Пройдя по пушистому ковру, я ощутила, как ворсинки под ногами пытались поглотить моё саморазрушение. Но они не справлялись. Каждый шаг отдавался в теле напряжением, а в голове вертелись мысли, одна мрачнее другой. Ложусь в кровать, обнимаю подушку и погружаюсь в сон.