Перешагиваю через него и покидаю комплекс. Заезжая в паркинг, задаюсь вопросом: вернулась ли она с вещами, как прошёл её день? Провожу карточкой, и лифт начинает движение , пока поднимается на нужный этаж кручу белую розу в руках что купил по дороге домой. Лепестки гладкие, нежные. Чистота и хрупкость напоминает о Беатрисе. Двери лифта открываются , прохожу в квартиру . Тишина. Свет выключен. Чёрт, значит, она не вернулась. А если её не пустила мать? Или подняла руку? Мысли проносятся в голове. Нужно сходить в душ, смыть кровь и убедиться, что с ней всё хорошо.
Иду к лестнице второго этажа, не включая свет. Поднимаюсь, захожу в комнату оставляю розу на комоде что стоит рядом с дверью , направляясь в ванну. Приняв душ, обматываюсь полотенцем, включаю свет, чтоб взять вещи в гардеробной — и замираю от неожиданности.
Мой котёнок лежит на краю кровати, мирно сопит, рука под головой, а второй держит телефон. Волосы раскинуты по подушке, на подбородке синяк, но она выглядит чертовски милой. На ней шёлковые шорты кораллового цвета и ночная рубашка в цвет шорт. Не свожу с неё взгляда, подхожу ближе. Наступаю на что-то мягкое и пушистое. Устремляю взгляд вниз — это белоснежные плюшевые тапочки с искусственным мехом. Необъяснимая теплота разливается внутри, будто сейчас всё на своих местах.
Наклоняюсь и целую её в висок. Пухлые губы растягиваются в улыбке, но она не просыпается. Надев боксеры и пижамные штаны, перекладываю розу на при кроватную тумбу и выхожу из комнаты, закрываю за собой дверь, направляюсь на кухню — выпить воды. Открываю холодильник, беру воду. Я не ем дома, и кроме воды и апельсинового сока обычно там ничего не найдёшь. Даже не совсем уверен, использовалась ли кухня когда-то. Однако вижу стеклянную форму для духовки, завернутую фольгой. Разворачиваю — лазанья. Эта деталь почему-то вызвала у меня неожиданное ощущение лёгкости и удовольствия — она ждала меня.
Выкладываю большую порцию и ставлю разогреваться. Микроволновка оповещает сигналом, что всё готово. Достаю тарелку, направляюсь в гостиную, плюхаюсь на диван включая телевизор. Съев половину порции, слышу, как дверь спальни на втором этаже открывается. Поворачиваю голову. Сонная, с запутанными волосами длиной чуть ниже попы, в пушистых тапках, зевая, Беатриса спускается вниз, потирая глаза.
— Я хотела дождаться тебя, но уснула. Как прошёл день? — подходя к спинке дивана, спрашивает она.
— Тяжело. Был слишком длинный день, — откидываю голову на диван, выдыхая, говорю уставшим голосом.
— Думаю, тебе следует лечь отдохнуть, — произносит она, зарывшись пальцами в мои волосы, массируя голову.
Не сдерживаясь, стону от удовольствия, закрывая глаза. Ловлю себя на мысли, что это чертовски приятно — возвращаться домой, когда тебя ждёт девушка, делает массаж… даже просто провести время вместе в обнимку было бы кстати. Когда у нас были отношения с Джессикой, мы просто трахались. Ей нужна была моя безлимитная карта и статус в обществе. В квартире она была всего несколько раз, и её присутствие дико раздражало, поэтому я предпочитал встречаться или в отеле, или в клубе — для быстрого перепихона или чтоб спустить яйца, кончая ей в рот. С Беатрис же наоборот — не хочу возвращаться домой, если её не будет в нём.
Руки останавливаются. Открываю глаза. Она нависает надо мной, ставя ладони на спинку дивана, по обе стороны от головы.
— Судя по тому, как ты стонешь от того, что тебя чешут, тебя смело можно называть котом, — ухмыляется она, встречаясь со мной взглядами.
—О, так я похож на кота?
— Вообще-то нет. С самого начала, как мы встретились, ты мне напомнил кое-кого. Теперь я ассоциирую тебя с этим милым животным.— хитро улыбаясь, говорит Беатриса .
— Кто же это?
— Панда. Ты был в белой шерстяной кофте, а рукава куртки были чёрные, и чёрные джинсы — расцветка совсем как у панды.
Хватаю её за голову и целую страстным поцелуем, и она отвечает на него взаимностью, когда мой язык врывается в её рот. Отстраняясь, обнимает ладонями за лицо.
— И вечные круги под глазами тоже как у панды, — смеётся она, чмокая меня в губы и направляется на кухню. Смотрю ей вслед: как она идёт грациозной походкой, раскачивая бедрами — это выглядит сексуально.