— Я собираюсь погреть суп, — оповестил Харри, едва Феникс шагнул в дом. — Кишки уже слиплись от сухомятки. Будете? В морозилке есть разный на выбор.
— Да, если можно, — стоило Харри заговорить о супе, как его действительно захотелось. — Что-нибудь на ваш выбор.
Вообще Феникс предпочитал нежирные сорта рыбы и морепродукты как основу первого блюда. Считал приемлемыми крем-супы из грибов или сельдерея. Но у шерифа, скорее всего, в морозилке упрятаны густые супы-рагу из недорогой жилованной говядины, бобов и картофеля, прозрачные куриные бульоны и кукурузные похлебки. Годы, проведенные в разъездах по стране, научили Феникса есть и не такое, а желудок был способен справиться и с убойной дозой перца, и с большим количеством жирных и копченых ингредиентов.
Шериф кивнул и ушел на кухню.
Феникс успел быстро ополоснуться и переодеться, а когда спускался обратно на кухню, уловил манящий запах чего-то мясного. Харри уже сидел за столом — он явно не собирался устраивать что-то вроде семейного ужина и не стал дожидаться своего незапланированного гостя, с аппетитом зачерпывая что-то из большой глиняной миски. Точно такая же, если не еще больше, стояла на другом краю стола.
— Оленина, — скупо пояснил шериф, когда Феникс сел. — У нас тут едят в основном ее.
— Спасибо, — Феникс взял с тарелки большой ломоть хлеба.
Видимо, шериф покупал его не нарезанным и сам орудовал ножом: ломти были толстые и разные. Откусив свежего, ароматного хлеба, Феникс зачерпнул ложкой из миски. В бульоне — или правильнее было бы назвать его соусом, такой густой он был — утопали крупные куски темного мяса, лука, моркови и круглые, размером с лесной орех, клецки.
Отправив в рот первую ложку, Феникс одобрительно кивнул и зачерпнул следующую. Щедро сдобренное специями сочное мясо было разварено до мягкости, а клецки, наоборот, сохранили идеальную упругость. Казалось, этот суп только что был приготовлен лучшим шеф-поваром, а не разогрет из замерзшего в лед полуфабриката.
— Моя бывшая жена добавляла сюда еще фенхель, — вдруг сказал Харри. — Одним из высших благ развода оказалась возможность готовить оленя без него.
— Фенхель тут точно лишний, — согласился Феникс и зачерпнул еще ложку.
А шериф-то шустрый малый, оказывается. К тридцати с небольшим успел послужить в армии, причем очевидно, что это было два контракта, а не один, жениться, понять, что ошибся, развестись и выиграть выборы у всеми уважаемого доктора. Пусть Хорринс не стал выставлять свою кандидатуру, всех претендентов в его преемники сравнивали именно с ним.
Больше шериф ничего не сказал — молча доел свою порцию, убрал тарелку и поставил на стол пирог с кремовой начинкой.
— Это покупной, — пояснил скупо. — Чаю?
— Да, спасибо, — Феникс ничего не имел против покупных пирогов. И против жирного сливочного крема тоже.
Как не отрицал и право человека не рассказывать о себе больше необходимого. Казалось бы, такая черта характера должна была противоречить профессии Феникса, но нет, вполне укладывалась. Допрашивая подозреваемого о том, как он нанес жертве двенадцать колото-резаных ран, Феникс совершенно не хотел слушать пространные рассуждения о методах штопки носков, о том, что кузина снова беременна, и что в начальной школе раньше кормили вкуснее.
Чай у шерифа был самый обычный, из пакетиков. А кружки — такие же большие и глиняные, как и миски для супа. Поставив перед Фениксом одну из них, Харри отрезал себе едва ли не полпирога и отложил на небольшое блюдце. Крошки посыпались по краям, но его это не смутило.
— Я пойду посижу в саду. Холодильник в вашем распоряжении, если захочется чего-то еще, — сказал он. — Там есть пиво.
— Спасибо, — кивнул Феникс и потянулся за пирогом.
Хотелось ли ему посидеть в саду? Скорее нет, свежего воздуха на сегодня было куда больше, чем достаточно. Правда, пить чай из огромных кружек и откусывать большие куски пирога вдвоем было бы вкуснее, чем одному.
Но Харри не пригласил, и Феникс не счел возможным навязываться. Отрезав себе кусок поменьше чем Харри, но все равно приличный, он потянулся за планшетом.
***
В общем-то Харри ничего не имел против гостей. Иногда он даже сам с удовольствием приглашал к себе парней и Пепси на ужин, а то и на обед с последующими посиделками на свежем воздухе или у камина. Но агент Ричмонд не был гостем. Он был… Как полотенце, брошенное на пол посреди кухни, как оставленный на столе немытый стакан. Вроде и ничего страшного, но раздражает и не дает о себе забыть.