Впрочем, в его уютном уголке с подветренной стороны дома Харри все же удалось отвлечься и от ужасающего дела, и от присутствия чужака в доме.
Харри был почти уверен — Ричмонд увяжется за ним. Даже заготовил пару вариантов, как отправить столичную штучку обратно в дом. Но несгибаемый агент, кажется, оказался не таким уж несгибаемым. Поначалу он активно работал ложкой, но под конец его движения замедлились, а перед одной из последних он так и вовсе "завис", глядя в одну точку. Наверное, не привык столько времени проводить на воздухе, скача с камня на камень.
Достав сигареты, Харри закурил. Ничего не сказал Ричмонд и о его решении дать парням выходной. На этот счет у Харри был всего один ответ, но стопроцентный: эксперты провозятся завтра весь день, раньше, чем закончат они, глупо начинать следственные действия. И парни, не спящие толком вторую ночь, потому что и вчера они оставались дежурить, будут просто бесцельно слоняться по лесу. Днем для охраны места обнаружения костей будет достаточно Джареда, да и сам Харри все еще способен не только поедать пончики да ездить по городу на украшенной эмблемой шерифского управления машине.
Осень только-только начала вступать в свои права, и Харри очень нравилось смотреть, как постепенно краснеет куст бересклета по центру изгороди. Правда, в этом году его алая красота явно пройдет мимо глаз: страшная находка тиксова коня не оставляла никаких шансов на спокойную жизнь в ближайшие несколько месяцев.
Разглядывая куст, Харри запоздало вспомнил, что собирался заехать к доктору Хорринсу, и вытащил телефон: старика стоило предупредить о переносе разговора на утро. И только глянув на время, понял: вряд ли тот ждет их в первом часу ночи.
Запретно вкусный и восхитительно сладкий пирог от Алисии Бенкс в такой час тоже вряд ли был полезен организму, но Харри все равно съел его весь. А потом буквально заставил себя встать и вернуться в дом: нужно было ложиться спать, чтобы утром не вливать в себя пару литров кофе.
Было тихо. Столичный агент наверняка уже был в кровати, дисциплинированно придерживаясь распорядка дня. Харри прошел через коридор и холл — в его доме был только один выход, и его более чем хватало, — отметил, что тяжелые ботинки по-военному сияют чистотой, и двинулся на кухню. Где там готовят таких ричмондов, в Куантико?.. Видимо, муштруют не хуже, чем в спецназе.
Усмехнувшись мысли, что, видимо, не всю дурь выбили, раз Ричмонду хватило ума полезть в лес в кожаных ботинках, Харри вошел на кухню и удивился: Ричмонд не спал. Сидел за столом, обложившись кучей исписанных мелким аккуратным почерком листов бумаги и уткнувшись носом в телефон.
Харри прошел к мойке, быстро сполоснул тарелку с чашкой — сначала свою, а потом, подумав немного, забрал пустую кружку Ричмонда и вымыл ее тоже.
— Нашли что-нибудь? — поинтересовался затем.
— Абсолютно ничего, — покачал головой тот, — пол в шахте каменный, ни единого следа. Из зацепок по установлению личности — камень в зубе трупа номер один, волосы и одежда номера четыре и старая костная мозоль на большеберцовой кости трупа номер восемь, — он показал Харри снимки на телефоне. — Про остальные шесть могу только сказать, что это женщины от восемнадцати до тридцати, европеоидной расы.
— Как долго будет длиться предварительная экспертиза? — Харри оперся ладонями на стол. — Понимаю, на опознание могут уйти годы, но то, что попроще? Обстоятельства смерти, особые приметы?
Ричмонд потер глаза, зевнул. Глянул на часы, принялся складывать листы в аккуратную стопку.
— Возраст эксперты определят точнее, чем я, но все равно будет допущение в два-три года, — и еще раз зевнул. — Если были какие-то прижизненные аномалии, то не очень заметные, горб, например, даже Тикс заметил бы. Обстоятельства смерти... возможно, если жертв душили — перелом подъязычной кости. Первые отчеты будут готовы к концу недели, но опознание... да, это может занять время.
— А раз так, то вряд ли кому-то будет хуже, если вы ляжете спать прямо сейчас, — позволил себе заметить Харри и кивнул Фениксу на прощание. — Доброй ночи.
— Доброй, — Ричмонд еще раз зевнул, и Харри впервые подумал о том, что, возможно, он пересек пять-шесть часовых поясов. — Еще раз спасибо за гостеприимство и за ужин. Было очень вкусно.