Чуть расслабившись, Эндеран скосил взгляд на последнего, считая, что тот ничего не предпримет, и тут же поплатился за неосторожность: грабитель нанес резкий колющий удар, от которого юный пират не смог полностью уклонится, и теперь на его груди заалела кровавая полоса. Охнув от неожиданности, мальчишка отскочил и машинально провел по кровоточащему порезу, пропитывая сочащеюся кровью бинты на пальцах. Посмотрев на пальцы, Эндеран по-звериному рыкнул, и перехватив саблю обратным хватом, метнулся обратно к противнику, который, не ожидал от раненого мальчишки такой прыти. Использовав последние в свою пользу и отбив косой удар, Эндеран поднырнул под поднятой рукой противника, и со всей силы всадил укороченное лезвие в бок мужчине. Тот, задохнувшись воздухом от острой боли, резко махнул рукой, норовя срезать шустрому пирату голову, лишь впустую рассек воздух. Выдернутая им сабля, тяжело ударила массивным лезвием по шее владельца, ломая позвонки, от чего он сломанной куклой свалился на крошащуюся от времени брусчатку и захрипел.
Остановившись, Эндеран кинул взгляд туда, где должен был быть одноглазый главарь, но сереброволосый бесследно исчез. Хмыкнув, мальчишка поморщился от пульсирующей боли в ране, после чего присел и отработанными движениями прошелся по карманам мертвеца и раненых, которые потеряли от боли сознание. Конечно же, в живых из оставлять он не собирался, а потому юный пират попутно добил своих противников, сделав это одним ударом и тем самым, причиняя не так много боли.Забрав скудную добычу, заключавшуюся в десятке золотых монет и нескольких безделушек, юный пират покачал головой, и осмотревшись, продолжил свой первоначальный путь. Вскоре, он вышел к порту, и добравшись до «Гартии», поднялся на неё.
— Эндеран?! — спустя секунду мальчишка оказался осмотрен Ирре, которая тут же, пробубнив что-то нелицеприятное, потащила его на перевязку. — И где уж только умудрился?!
Когда рана была обработана и зашита Арвином, Эндерана чуть ли не насильно уложили спать, пригрозив оставить его на Грессе, в случае ослушания.
Часть 5
Проснувшись, Эндеран осмотрел трюм вокруг себя, с удивлением отмечая, что помимо него, в трюме никого из пиратов «Гартии» не было.
— «Проспал?» — юный пират повторно огляделся и слез с гамака, подхватывая лежащее под ним оружие.
Эндеран удивился: впервые случилось так, что он. Обычно именно юный пират вставал раньше всех и вместе с Ирре будил остальных пиратов, порой просто опрокидывая гамаки и пробуждая их хозяев путём соприкосновения их бренных тел с чуть подгнившими, досками пола. Зевнув, мальчишка недовольно поморщился от небольшой боли в груди, напомнившей о совсем недавно полученном ранении. Выйдя на палубу, Эндеран не обнаружил на ней никого кроме Роджера, который с усмешкой наблюдал за чем-то вне судна, попутно выпуская клубы дыма, источником которого служила массивная трубка в правой руке пиратского капитана.
— Капитан? — мальчишка подошел к борту, и проследив за направлением взгляда капитана судна, обнаружил всю команду «Гартии» на небольшом острове, к которому причалил куттер. На куске голой земли то тут, то там торчали обломки крупного судна. Пираты Гартии с неподдельным интересом шныряли меж ними, забирая все ценное, что только попадалось на пути.
— Эндеран? — Роджер скосил взгляд, и удостоверившись в личности собеседника, заботливо уточнил: — Как себя чувствуешь?
— Все нормально. — невозмутимо ответил юный пират, который хоть и был благодарен Роджеру за его «отеческую» заботу, но не знал, как эту самую благодарность выразить. — В атаке участвовать могу. Кивнув, капитан «Гартии» задумчиво посмотрел вдаль, после чего недовольно хмыкнул:
— Не нравится мне все это...
— Что именно? — насторожился Эндеран, почувствовав исходившее от Роджера сомнение.
— Не знаю... — неуверенно качнул головой капитан. — Предчувствие недоброе... Нечисто что-то с этой доставкой.
— Гил продал?
— Вряд ли.Только не он. — отрицательно качнул головой Роджер. — Не думаю, что старый скряга будет сотрудничать с Империей... Тем более, ему нет смысла губить тебя. Безродную-то свою он бережет... Видать, и правда похожа она на сыгравшую в ящик* родню.
— Тогда, что именно? — Эндеран никогда особо не доверял своему нутру, тем более, что у него оно даже не проклевывалось.