— Мой посох? Да я просто не отдам.
— Вот именно, храбрейший мой господин. И это не говоря о том, что они наверняка наложат свои лапы на все нажитое непосильным трудом вашего учителя. Но голова все меняет. Когда маг соглашается поставить на кон свою голову, и это подтверждено, то уже невозможно оспорить ничего из сказанного при вызове. Тогда желание противника считается волей самого мага. Ведь мы произносим слова головой, не так ли?
— Ээээээ….. Максим опять попал в мертвую зону логики местных, но не стал ничего уточнять и просто кивнул.
— И главное! — Девушка торжествующе подняла палец. — Без головы невозможно вступить в права наследства! А оно там огого какое! Ваш наивный учитель весь пропитался, буквально пах деньгами, поверьте, я чуяла.
— Верю. Но зачем нужна непременно голова покойника, чтобы вступить в права наследства?
Эльфийка даже растерялась.
— Ну…как же… это. как. без головы?
— Ладно, — ее повелитель махнул рукой, — так что там с судьбой конкретной головы Самуила?
— Я все сделала в налучшем виде! — Обрадовалась возможности похвастаться девушка. — Пока вы, мой бесстрашный и воинственный господин, восстанавливались от ран, ваша надежная слуга отрезала голову (получив разрешение смотрящего, конечно), отварила ее, отскоблила..
— Отварила??!!
— Ну да, ведь так удобнее отскабливать.
— Дальше.
— А дальше убрала в шкаф! — Победно заключила эльфийка.
— И… голова сейчас в шкафу?
Сафра метнулась к указанному месту, Максим опять залюбовался ее удивительной, нечеловеческой (хотя да) грацией и пластичностью. Девушка открыла шкаф, и достала оттуда некий предмет, завернутый в шелк. Размотав тряпку, она с торжественностью протянула двумя руками предмет своему непреклонному господину.
— Да ведь это череп! — Воскликнул Максим. — Голый череп!
— Я хорошо отскоблила, — довольно кивнула девушка, — его родня будет в восторге.
— Ты думаешь? — Максим вспомнил, что он скептик.
— Ну да, конечно! Ничего лишнего. И главное — красиво! Вот же он, полюбуйтесь!
— Да я любуюсь, любуюсь.. — Максим забрал у нее череп и повертел в руках. — И ты думаешь продать его родне?
— Отдать за выкуп, господин.
— В чем разница?
— Отдавший выкуп признает свой отказ от права мести. А то мало ли… Всяко бывает. Таким образом, мой искушенный повелитель, вы разом подтверждаете свои права на ваш любимый посох, получаете выкуп и родня Самуила не будет вам мстить! Ну или будет, но тогда все наследство достается вам!
— Ловко. И сколько ты думаешь содрать с его родичей?
— Мой добрейший господин, если вы назначите выкуп менее 10 тысяч серебрянных монет, считайте, что вас грабят средь бела дня.
— Десять тысяч? — Изумился Максим. — Так много?
— Он был довольно состоятелен, уверяю вас, господин. Требуйте пятьдесят тысяч, торгуйтесь, отступите до тридцати… Я бы согласилась на двадцать пять, но не меньше. Десять действительно грабеж.
У мудрейшего господина голова шла кругом. Девушке удалось трижды "взорвать ему мозг" в течении одной беседы. "Какая женщина", — подумалось ему.
— Эй, погоди-ка, слуга моя верная, там еще было что-то об одежде? Я посмеялся было, но в свете последних событий уже не уверен в том, что это только смешно.
— Ну…понимаете… — эльфийка замялась, — одежда что, так, тряпочки. А я люблю тряпочки, вот и подумала, что. это. но если хотите, то я конечно, у меня все тут это..
Она сбилась в бормотание и сделала грустное лицо. Максим рассмеялся шельме, и, чувствуя необходимость как-то отблагодарить, жестом показал, что ему все равно и пусть делает что хочет. Секунду спустя эльфийка уже сидела у него на коленях, обвивая руками голову.
— Мой повелитель самый щедрый господин в мире! — Она смеялась. — И я буду неблагодарной кошкой, если не отблагодарю своего повелителя, — зашептала она так, что Максим едва не повторил свой последний подвиг на Арене.
— Да, пока не забыл, — сам тоже машинально перейдя на шепот, спросил он, — а какое второе отличие эльфов от людей?
— Вы не могли не заметить, мой наблюдательный господин, — прошептала девушка, одновременно умудряясь целовать его, — что у меня, и у всех эльфов так же, сердце расположено не справа, а слева в груди.