- Ты… - Чжао Юнь рванул меня к себе, и отбивая оружие вверх, чтобы не продолжить разрез мышц на моей руке. – В лодку!
- Ага, - я больше не перечила, когда меня буквально швырнули в сторону покачивающейся в прибрежной воде лодке. Порезанное плечо тут же стрельнуло запоздалой болью, заставив меня поморщиться, но это не давало мне возможности расслабиться и пожалеть саму себя, так глупо схлопотавшую ранение.
Не обращая внимание на воду, в которую пришлось вступить, я как можно быстрее вскарабкалась в лодку и протянула руку Чжао Юню, тоже оказавшемуся поблизости.
И тут мимо моего лица пронеслась стрела, впившаяся в ближайшего к Чжао Юню бандита. Удивленно расширив глаза, я непроизвольно выпрямилась, пытаясь понять, откуда прилетела эта стрела. Реально не от острова, хотя у бандитов явно были луки, которыми они отчего-то не воспользовались, когда нас обнаружили.
***
Корабль, большой и величественный вдруг показался из-за крутого поворота, указывая на то, что глубина местной воды позволяла тому спокойно пастись в прибрежной полосе.
- Это?.. – Чжао Юнь только удивленно приподнял брови, по-прежнему отбиваясь от наседавших на него бандитов, мешающих перевалиться через борт и таким образом оказаться в недосягаемости от противников.
- Не уверена, - прошептала я удивленно, крепко зажимая рану, из которой довольно споро вытекала кровь, заливая разорванный рукав алой липкой влагой. И более внимательно вгляделась в стоящих на борту корабля лучников со взведенными луками, когда еще несколько стрел попали в бандитов, заставляя уцелевших хаотично и поспешно отступить к берегу. – Видимо это все же подмога.
- Вижу, - пробормотал Чжао Юнь и протянул руку, в ожидании моей подмоги. Его черные глаза смотрели пытливо и задумчиво. – Кто на этот раз по твою душу?
- По мою?! – Возмутилась я таким необоснованным выводом, но отняла руку от раны и дала парню возможность ухватиться за протянутую окровавленную ладонь. Втаскивая парня в лодку, болезненно поморщилась, когда мне пришлось приложить усилия, мгновенно отозвавшиеся болью в раненном предплечье.
- Вряд ли это за мной, - не дал мне развить возмущение, юноша, оказавшись на дне лодки и тут же оглядываясь в сторону оставшихся на берегу бандитов, разочарованно отступающих под градом стрел, вполне себе кучно втыкающихся в прибрежную полосу и не дающих продвинуться к нам, постепенно уплывающим от такого негостеприимного острова, предназначенного для мертвых и не принимающих живых.
В какой-то момент осознав, что погони не будет и стрелков у разбойников, оставшихся на острове все же нет, я окончательно развернулась по направлению к кораблю, не пытающемуся продвинуться вперед. Величественный, просторный, он совершенно не принадлежал к торговцам, так как имел пусть и одну открытую палубу, но она была защищена фальшбортом. Цзоу гэ, я даже знала название этого военного корабля, хотя никогда до сегодняшнего дня, не имела дел с императорским военным флотом.
Перед нами был относительно маленький, по меркам целевого назначения, но быстроходный кораблик, основное предназначение которого сводилось к быстрой переброске «лучших и храбрейших солдат». Конструкция подобных кораблей была такова, что солдаты находились на палубе вместе с гребцами, коих я сейчас и видела, выпускающими стрелы и так красиво и величественно защищающих наш отход.
На верхней общей палубе находились хорошо вооруженные лучники в полном доспехе и с колчанами, полными дальнобойных стрел, и это, не считая другого вила вооружения, таких как копья, кривые алебарды, а также небольшая катапульта, ощетинившаяся несколькими тяжелыми стрелами, могущими пробить борт другого корабля и пустить его ко дну. Подобные корабли нечасто ходили по речной глади, в основном они все же были предназначены для перевозки значительного количества солдат к месту сражения, а не плаванию в ограниченных водах.
Помня о том, что все воины и гребцы находятся вместе, более внимательно присмотрелась к лучникам, мгновенно выделив среди них единственного человека, не пользующегося луком. Одетый в такой-же военный доспех, он практически ничем не выделялся среди своих подчиненных, но я сразу опознала его как капитана.
Мужчина, чуть приникнув к борту палубы, внимательно следил за продвижением нашего утлого, по сравнению с его величественным кораблем, суденышка, и видимо хмурился, так его правая ладонь постоянно ударяла по деревянным перилам.