- Не смей! Не трогай! – Картинку передо мной словно резко перевернули, поставив с ног на голову. По ушам ударил истеричный тонкий женский голосок, отдавшись в мозгу неприятным звоном, а в мои запястья вцепились чьи-то побелевшие от натуги пальцы, больно впившись длинными ногтями в кожу. – Ты не поможешь!
- А!.. – Я сделала тщетную попытку отстраниться подальше от этих настойчивых и таких цепких, до боли пальцев и увидела перед собой бледное, с едва ли не синими губами тонкое личико с большими глазами, обрамленными длинными ресницами, и ужасом, плескающимся в этих черных глазах. Меня всю перетряхнуло от вдруг накатившего какого-то священного ужаса, когда я поняла на кого, собственно, смотрю.
- Уйди! Ты не поможешь! – Ее посиневшие губы постоянно повторяли эти бессмысленные слова, а пальцы вдруг, пробежав словно паучьи ножки по тыльной стороне ладони, начали отрывать мои руки подальше… от чего? Медленно, боясь увидеть то, что не нужно, я опустила глаза и… задохнулась от новой порции ужаса, увидев, как судорожно цепляюсь за рукоять меча, не в силах его выпустить.
Снова этот ужас… В груди мгновенно заболело, словно это меня пронзили длинным мечом… хотя… ощущение было настолько реальным, что я, скрипнув зубами от боли, с большим трудом оторвала взгляд от страшного меча, и посмотрела на собственную грудь. В ней и впрямь, окровавленным кончиком торчал точно такой же меч…
Дико вздрогнув, я резким движением села в кровати, хватая раскрытым ртом воздух. Широко раскрытые, после последнего видения, глаза пока ничего не видели перед собой, так как мозг пока еще пребывал в совершенно другом мире иллюзий. Однако это продолжалось на удивление не долго, проснувшийся от коматоза мозг, вдруг уловил какое-то несоответствие во внешнем мире. Запах дыма. Какой-то странный и очень навязчивый.
Дым? Какой дым? С трудом заставила себя перестать паниковать и закрыв глаза, захлопнула с лязгом рот, что еще больше привело меня в себя. Сделала несколько медленных вдохов и выдохов, после чего и раскрыла глаза. Оглядевшись вокруг, сразу же поняла, нахожусь в усадьбе сяовэя Ли Цзюня. Я отчего-то хорошо помнила, как оказалась в спальне, хотя эти воспоминания очень сильно затмевались именно иллюзорными, словно наложились друг на друга. А вот такого странного казуса со мной еще не происходило.
Если я правильно помнила, после того как мне стало плохо, я еще сумела встать, пусть и с помощью Чжао Юня, и перебраться в выделенные мне комнаты. Там, оставив меня в покое, Чжао Юнь вернулся к ожидающему хозяину, так как его очень интересовала карта, ради которой он и нанялся ко мне телохранителем. После этого я окончательно отключилась, чтобы немного побродить по потустороннему миру.
Встрепенувшись, я поморщилась. За открытым окном, которое нашарили мои глаза, уже наступила глубокая ночь. Хороша же я бродить по чужим граням. Вот только странно, что никого я не потревожила своим плохим самочувствием. Или оба моих товарища списали это на ранение?
Передернувшись, я еще раз огляделась вокруг. Зрение, как и следовало ожидать после моих похождений, сбоило, но не в этом было основное. Что-то подспудно не давало мне успокоиться и снова лечь в кровать. А, точно. Едва не хлопнула сама себя по лбу. Дым. Почему у меня было ощущение, что я почувствовала откуда-то отчетливый запах дыма?
Медленно опустив ноги на пол и нашарив женские открытые ночные туфельки, натянув их на босые ноги, подошла к двери и осторожно отодвинула створку в сторону и тут же задвинула ее обратно, когда мне буквально в лицо пахнуло гарью и дымом, заставив закашляться.
- Вот же ж! – Не став больше размышлять, рванула к раскрытому окну, которое мне видимо, спасло жизнь и вовремя помогло проснуться.
Одним движением перевалившись через него, не разбирая дороги, побежала со всех ног вокруг обширного здания, которое уже с правого крыла, в котором нам отвели комнаты, вовсю, занялось огнем. Слуги, разбуженные треском и запахом гари, хаотично бегали вокруг с криками и стенаниями. Увидев сяовэя Ли Цзюня, пытающегося организовать спасение своего обширного поместья, со всех ног рванула к нему, не обращая внимания на слуг, немного опешивших от такого непочтения от юной девушки, причем полураздетой.
- Где Чжао Юнь?! – Подлетев к тому, я грубо дернула парня за шелковый рукав ночной рубашки, обращая его внимание на себя. – Эй! Ты меня слышишь?
- Слышу и вижу, - тот тут же ухватился за мою руку, длинными холодными пальцами, - он побежал за тобой. Стой! – Меня рванули назад, не давая возможности отправиться следом за товарищем. – Я сейчас отправлю человека. Ты не знаешь, в какую сторону бежать.