- Нет, вряд ли она вообще что-то будет помнить, - тут же отозвался разговаривающий с императором, мужчина.
… - Цзу Ли, она сможет прийти в себя?! – Меня перетряхнуло от низких простуженно-хриплых нот, ворвавшихся в мое потревоженное сознание.
- Да, сможет, - ответил ему более спокойный, увещевающий тембр его младшего друга, подействовавший на мое больное сознание намного умиротворяюще.
***
- Я правда была без сознания трое суток?! Целых трое суток? – Я все еще не могла прийти в себя после такого беспрецедентного признания и постоянно спрашивала Чжао Юня, сидящего в кресле, стоящем неподалеку от моей кровати.
- Да, и очень напугала нашего лекаря, - Отвечал Чжао Юнь, с неприсущей ему терпеливостью. Уже то, что тот находился у моей кровати почти не отходя, могло насторожить, но я совершенно на это не обращала внимания, полностью сраженная его заявлением.
Меня больше пока интересовало то, что я находилась за гранью практически трое суток, а это уже само по себе нереально. Раньше такого со мной не случалось, от слова вообще. Медленно обведя взглядом помещение, в котором находилась, мгновенно уловила самое главное несоответствие – я не потеряла цветность и видела все нюансы, а значит, не было такого продолжительного хождения за грань. Скорее всего после моего обычного путешествия я просто-напросто погрузилась в продолжительный обморок, чего в принципе тоже не случалось
- А спина?! – Вспомнив о том, что эту болячку я никому не показывала с тех пор, как вырвалась из цепких лап лекарей, я испуганно взглянула на парня.
- Ее не трогали, - тот покачал головой, подняв руки, - даже находясь без сознания, ты не подпускала к себе целителей, так что даже не смогли снять корсет.
- Корсет?! – Я машинально опустила руки на плоский живот, тут же ощутив под влажными от нервной встряски пальцами, тонкие прочные пластины. – Я… мне нужно переодеться, - я, нервно передернув плечами, подняла глаза на парня.
- Понял, - тот, не сумев скрыть неожиданную смущенность, тут же подхватился со своего места и поспешил к выходу, скрытому за шифоновой занавесью. – Я позову девушек. – Проговорил он, на секунду притормозив у самой двери. - Они помогут тебе с одеждой и ванной.
- Хорошо, - я даже не стала спорить, уже занятая тем, что меня не сумели даже переодеть. Что вообще происходит?
Однако времени на раздумья у меня не оказалось. Девушки с одеждой прибыли практически тут же, постоянно кланяясь и искоса поглядывая в мою сторону. Не сразу, но я догадалась, что они впервые встретились с девицей, совершенно не похожей на них. Не став их переубеждать в их заблуждениях, просто попросила помочь встать и проводить меня в ванную комнату. А вот там, проявила свой неуживчивый характер и буквально выгнала их из купальни, с приказом не тревожить.
Оставшись в полном одиночестве, медленно, постоянно делая передышки, так как сил пока не хватало, разделась догола и забравшись с ногами, вытянулась на скамейке, предназначенной для складывания одежды. Мне просто было необходимо ощутить растревоженной спиной холод камня, чтобы несколько успокоить разбушевавшийся позвоночник на трое суток, оказавшийся скованным корсетом. Дыхание от холода на мгновение перехватило, но я, стиснув зубы, дождалась долгожданного облегчения и только после этого медленно и осторожно села.
С такими же постоянными передышками, встала и поднявшись по деревянным ступенькам, помогая себе руками и стараясь нигде не упасть или оступиться, перешагнула через край и, наконец, оказалась в благословенной теплой, благоухающей легкими благовониями, воде, тут же обволокшей мое израненное, истосковавшееся по отдыху, тело. Привалившись спиной к стенке ванны и слегка спустившись ниже, чтобы из воды выглядывала только одна голова, закрыла глаза и ощущая ни с чем не сравнимое блаженство, дала себе время побыть в воде, прежде чем занялась основным делом, то есть, мытьем.
Волосы, оказавшиеся самыми грязными, отмыла в несколько этапов. Еще раз сполоснувшись, медленно встала из ванны и огляделась в поисках полотенца или простыни, во что можно было закутаться, чтобы не растерять тепло, полученное во время купания. И тут же досадливо выругалась себе под нос. Вот что значит, когда болеешь и мало обращаешь внимания на внешние раздражители. Находясь в прострации после прихода в себя, я совершенно позабыла о некоторых удобствах и не озаботилась о своем комфорте. Тяжело вздохнув, и облокотившись о бортик ванны, перекинула ногу через край и собралась осторожно спускаться.