- Лайна, - Чжао Юнь укоризненно поморщился, услышав из моих уст просторечное ругательство, - твое поведение неприемлемо.
- Так уж и неприемлемо, - я только презрительно скривилась, стараясь соблюдать тишину и говорить сугубо в спокойном тоне, чтобы о нашей ссоре не узнали оставшиеся снаружи служанки, и не донесли смысл произошедшей в первые сутки после свадебных обрядов, стычки до высокородных родителей Чжао Юня, - раньше тебя это как-то не волновало. Что произошло сейчас? Неожиданно вспомнил о своем высоком происхождении? Тогда зачем привел меня в свой дом? Хватило бы с меня и наложницы. Я большего не требовала.
- Прекрати, - Чжао Юнь явственно скрипнул зубами, но сдержал свой взрывной темперамент, тоже оставаясь в рамках, - тебе стоит принять горячую расслабляющую ванну.
- Это я могу сделать и без твоего присутствия, - проговорила я едва слышно, старательно отводя глаза, - не стоит себя напрягать. Я же вижу, что тебе неприятно находится рядом.
- Кто тебе такое сказал? – Чжао Юнь наклонился ко мне и взявшись за подбородок, приподнял мое лицо, заставляя посмотреть в его глаза.
- Я слепая?! – Чуть приподняв правую бровь, не сдержала я иронии, прямо встретив взгляд парня, ставшего моим супругом. Да уж, не так я себе представляла свое послебрачное существование. Куда делись наши доверительные отношения и радость от встреч? И виновна в этом только я сама со своим невоздержанным языком.
И ведь знала о его патологическом неприятии несправедливости. И сама же выставила себя в невыгодном свете. Да уж, а это я еще не озвучила, что убила не просто супругу наследника, а беременную супругу, лишив их обоих, радости стать родителями.
Ощутив, что снова погружаюсь в ненужное, сейчас и даже опасное для моей не стабильной после возвращения из-за грани, психики, самокопание, по измерению степени собственной вины, постаралась справиться с нахлынувшими эмоциями, еще окончательно не улегшимися после такого ночного всплеска. А с другой стороны их я всегда топила в выпивке, причем в огромных количествах. Вот во что вылилось мое длительное воздержание и желание стать равной моему будущему супругу.
- Цзы Ю?! – Чжао Юнь, не смотря на наши испортившиеся в одночасье отношения, все же проявлял обо мне заботу, раз уж принял на себя обязательства. Заметив, что мне снова не по себе, он убрал руку, не став меня удерживать.
- Все нормально, - я болезненно поморщилась, ощущая, как испортилось вдруг настроение, и слегка приподнялась, чтобы выходить из ванны. – Холодно. Пора выходить.
- Я… помогу, - Чжао Юнь бросился ко мне, но я выставила руки перед собой, не давая ему возможности подойти вплотную.
- Молодой глава Шу, массажист прибыл, с ним и лекарь, - возвестили из-за закрытой двери взволнованным голоском, заставив нас застыть.
- Уже?! – Чжао Юнь нервно передернул плечами, оглянувшись на запертую дверь купальни и помедлив, ответил. – Передай, что госпожа сейчас будет.
- Иди, ты обязан встретить их, - я, оставаясь в воде, требовательно указала рукой на дверь, - я не беспомощный ребенок и как-то справлялась раньше.
- Хорошо, - парень на мгновение замер, точно взвешивая предоставленные варианты, но все же смирился с моим упрямым тоном и поспешил на выход, присовокупив напоследок, - не задерживайся, пожалуйста.
Оставшись в одиночестве, еще пару минут поплескалась, чтобы отойти после нашего противостояния. Тщательно смыла с лица ночные слезы, выкрутила волосы и стараясь не наклоняться лишний раз, вышла из купальни и стараясь держаться за бортик ванны, подошла к лавке. Одежду мне и впрямь предоставили роскошную, как раз в моем стиле. Вот только бирюзовые оттенки после моих похождений несколько потушили свежесть моей кожи, сделав ее чересчур бледной и болезненной. Застегнув широкий пояс, поправила полы распашного ханьфу и сунув ноги в туфли, вышла из ванной комнаты.
Девушки, ожидавшие моего появления, тут же помогли пройти в спальное помещение, где меня уже дожидались мужчины. Старательно изображая из себя вполне себе живую и относительно здоровую особу, я пошла в комнату и безропотно дала себя уложить на кровать. Чжао Юнь, не обращая внимания на находящихся мужчин и прислугу, специально подготовленную именно для помощи его супруге, сам вытер мне волосы и помог удобнее расположиться на кровати, чтобы лекарю оказалось более сподручно ко мне подходить с осмотром. Если честно, такое заботливое отношение меня немного коробило, хотя я понимала, что Чжао Юнь в принципе не умеет быть двуличным, исполняя на людях то, чего уже не было наедине. И из-за этого у меня еще больше поднывало сердце, которому и так хватило переживаний после того, как полностью осознала, что совершила. Постаравшись сделать независимый вид, чтобы не выглядеть жалкой, я молча приняла все заботы о себе.