- Она чиста, - где-то у меня за спиной раздался еще один возглас, от которого у меня по больной спине побежали настоящие мурашки, хотя чувствительности в позвоночнике после воскрешения из мертвых у меня практически не было. Болело, это да, но я практически не ощущала ничего кожей спины. – Да и сама практически пустышка. Даже удивительно, как тогда в ней смогла проявиться недюжинная магия, благодаря которой нам пришлось весьма тяжко.
- О! – Я, стремительно оглянувшись через левое плечо, с трудом поверила в то, что увидела. – Ну, надо же, а я считала, грешным делом, вас давно почившим, и даже успела оплакать, когда пришла в себя после непредвиденных походов за грань. – Говорила от неожиданности несколько дерзко и чересчур уж взволнованно.
- В свое время я тоже считал, что сумел тебя отправить к праотцам, пока не надоумили нужные люди, - мужчина хмыкнул, подходя ближе, и вежливо кланяясь, перед императором Ян Гуаном. А я с удовлетворением заметила широкий шрам, пересекающий его левую половину лица и уходящий куда-то вниз по шее прямиком под ворот одеяния. Все же неспроста мне снились иногда сны о происхождении этого шрама, пусть я и не помнила его обладателя, только догадывалась, особенно после того, когда узнала, что шаман императора все же выжил в покушении на его особу.
Заметив мой пристальный взгляд, мужчина недовольно поморщился и непроизвольно потянулся к вороту и слегка потянул его, точно ткань неприятно давила на то, что осталось вне поля моего зрения, намекая на обширность шрама.
- Хватит, - Император Ян Гуан, не скрывая своего недовольства, резко оборвал нашу пикировку, так как никогда не любил дрязг в своем присутствии, - убить друг друга вполне сможете и после того, как мы окажемся вне этих стен.
- Пися считает, что его противники зарвавшиеся дураки, - я чуть приподняла одну бровь, возвращая свое пристальное внимание императору, - которые ничего дольше своего носа не видят? Если я смогла пробраться на вашу территорию…
- Тебя вели с самого начала, - встрял в мои рассуждения бывший шаман, по моим прикидкам, давно считающийся не у дел, однако, явно привлеченный для возвращения трона своему господину, - не бери больше того, что сможешь сделать.
- Хорошо, - хмыкнула я легко, не став спорить с этим человеком, так как изначально предполагала нечто подобное, чересчур уж свободно и легко мне удалось пробраться во вражеский лагерь, так что это утверждение не оказалось для меня особой неожиданностью, - пусть так, но это ничего не меняет. Ваши противники тоже предполагали подобное развитие событий, так что я не одна, кого они заслали на вашу территорию. К тому же, узнать, где по-настоящему находится пися не так уж и сложно. Всего лишь терпение и внимание к деталям.
- Значит, у нас просто еще меньше времени на то, чтобы покинуть лагерь, - император Ян Гуан только меланхолично пожал плечами, принимая мои рассуждения без всяческих возражений или ненужного сейчас, недоверия.
- Пися, вы доверяете таким высокомерным рассуждениям?! – Взвился генерал Ян Юэ, выразив возмущение такой покорностью со стороны своего императора, всегда отличавшегося щепетильностью и дотошностью в отношении собственного окружения.
- У девушки нет резона лгать своему правителю, - тот болезненно поморщился, а я вдруг осознала, насколько правитель устало выглядит. Видимо он реально утомился прятаться от судьбы злодейки, и потому находится так близко от столицы, которой никогда не любил, но в которой жил с огромным расточительным размахом. Однако я знала, это ощущение временное и уже через несколько часов мужчина снова ощутит желание жить и действовать, а потому точно отправиться в бега, с тем чтобы вернуться обратно и покарать своих недальновидных обидчиков, решившихся на кощунство и готовых свергнуть их единственного и лучшего правителя. Если, конечно, у него останутся для этого хоть какие-то возможности. – Вели седлать лошадей.
- Все уже давно готово, - генерал Ян Юэ мгновенно подтянулся, когда надо было действовать он всегда становился собранным, и кинул в мою сторону короткий настороженный взгляд, - а что делать с ней? Убить?
- Нет, - пися медленно покачал головой, останавливая излишнюю порывистость да-цзяна Ян Юэ, тоже скользнув по мне задумчивым взглядом своих черных глаз, которого я когда-то боялась до дрожи в коленях, когда мне приходилось выслушивать нравоучения во время его посещения комнат принца, - она, нужна мне живой. Пока.