Но эти слова, как и многие другие в последующем времени, оказались брошенными на ветер лидером демократических сил России, который на митингах выступал рядом с Еленой Боннэр, а через два года, опять же впопыхах, попытался даже захлопнуть перед неславянскими народами дверь в СНГ. Да и чего можно ожидать от народного, казалось бы, президента многонациональной России, в ближайших советниках у которого ревностно служит и определяет государственную политику Г. Старовойтова?!. Ведь если омут в Нагорном Карабахе породил цепь кровавых межнациональных конфликтов по всей стране, то война Армении против Азербайджана (впрочем, сегодня бессовестные назаряны из ЦТ вещают про навязанную им войну со стороны Азербайджана) неминуемо приводит на наших глазах к эскалации вооруженных столкновений в других регионах, за которой может последовать гражданская война и на территории России.
Неужели демократия и свобода требуют таких жертв?
Скорее, политический обман и поддержка бесстыдных агрессоров в Карабахе, предательство бездарных президентов направлены на установление лицемерных норм межнациональных отношений в самой России. Чтобы политика «разделяй и властвуй» по сценарию Бжезинского и Боннэр укоренилась и в умах россиян, когда волна народного недовольства вытолкнет их на улицы наших городов. Живо предупреждение русского поэта Леонида Мартынова: «По существу ли свищут пули? Конечно же, по существу. И чтобы там они ни пели, но ведь огонь-то, в самом деле, идет не по абстрактной цели, а по живому существу. Огонь идет по человеку. Все тяготы он перенес и всех владык он перерос. Вот и палят по человеку, чтоб превратить его в калеку, в обрубок, если не в навоз».
А потому, скорей всего, гибель российской Салатын, поборницы мира, в условиях политического мрака ни у кого уже не вызовет ответного протеста.
Черный январь: Этибар Мамедов, Саша Богданов и Гейдар Алиев
Всякое видели на своем веку старожилы-бакинцы. Помнят они беспризорных, спавших в голодные тридцатые годы под закопченными котлами, и ночные очереди в Крепости за коммерческим хлебом, и разгул репрессий, и вражеские налеты гитлеровцев. Но вот с чем они встретились осенью 1988 года, когда толпы беженцев из Армении хлынули в столицу Азербайджана. Потеряв родину, дом, бросив всё нажитое, эти люди сколачивали из фанеры и досок «чайные» домики на окраинах города, ютились в них семьями. Не нужные властям, наедине со своим горем, молодые люди из числа беженцев решили обратить на себя внимание довольно странным образом. Выходцы из сельских районов Армении, из патриархальных семей, они взялись блюсти нравственность бакинок. Газеты запестрели заметками такого содержания:
«Ходят этакие молодчики по улицам нашего прекрасного города и не приведи господь попасться им на глаза девушке в открытом сарафане или, того хуже, в миниюбке. На бедняжку тут же сыпятся угрозы и оскорбления. Самые рьяные же не медлят перейти к действиям: отрывают бретельки на кофточках, стирают с лица макияж. И уж совсем отрицательно на них действует бижутерия. Сережки, браслеты, колье в одно мгновение сдираются с ушей, рук, шей представительниц слабого пола».
Прежде чем обратиться к бакинской милиции, газетчики наставляли защитников нравственности: «Мужское ли это дело приставать на улице к незнакомой женщине, указывая, какой длины должна быть на ней юбка? Избавьте ее от своих «целомудренных» советов, уж как-нибудь без них она обойдется. В былые времена за такое вмешательство, да еще публично, на глазах у честного народа можно было схлопотать, простите, по шее. И поделом. Как говорится, со своим уставом в чужой монастырь не ходи».
Такая позиция журналистов понятна: Азербайджан никогда не знал ортодоксального ислама. Здесь с незапамятных времен мирно соседствуют православная церковь, синагога, армянская церковь и мечеть. В конце восемнадцатого и в начале двадцатого веков эти земли приняли преследуемых на родине сектантов: молокан, баптистов, хлыстов, адвентистов седьмого дня. Их потомки живут и благоденствуют поныне, испытывая, наряду с азербайджанцами, опасности навязанной войны. Одно неоспоримо: быть националистом или проявить религиозную нетерпимость во все времена в Баку, огромном промышленном городе, было равносильно самоубийству. Поэтому понятна уверенность писателя Максуда Ибрагимбекова, заявившего в мае 1989 года на заседании Совета по межнациональным отношениям журнала «Дружба народов»:
«Укомплектовать в Баку «орду жаждущих крови» националистов или хотя бы роту, не менее трудно, чем сколотить местную команду по хоккею на льду».