Слова Марии о любви, которая должна перейти к Каре, казались сущим бредом. Как и о свадебном облачении, который таинственный «он» не увидит.
Она говорила о Лэе?
Какая-то бессмыслица.
Могла ли она обо всем этом спокойно размышлять прямо перед смертью?
Знала ли, что ей грозит опасность?
Все возникающие догадки за неимением более полной информации казались натуральной нелепицей. Если Мария и правда все это сказала, то знала, что ее ждет гибель.
Случайность это или нет, я обязана выяснить правду.
Не пробило и восьми утра, как Кара, нерасчесанная и прямо в халате, выскочила из комнаты. Собаки и не подумали шевельнуться, когда она поднялась с кровати. Похоже, так утомились водными процедурами накануне, что не спешили на прогулку.
В спальне Ноэля не оказалось. Идеально застеленная кровать говорила о том, что он либо вообще не ложился, либо уже встал. Слуги, как тени шастающие по коридорам и незаметно устраняющие проделки животных, которые хозяйка поместья еще не успела заметить, сообщили, что никто еще не завтракал и гостей видели вместе с госпожой, направляющихся в ее кабинет.
Когда Кара вошла, Ноэль клевал носом над чашкой кофе за столом, а Вилейн, сидя напротив и активно жестикулируя, что-то экспрессивно растолковывала ему. Нила рылась в книжных полках в очередном шкафу.
Подчиненная лорда выглядела посвежевшей и умиротворенной. Ее обычно невозмутимое выражение лица оттенял легкий несходящий румянец. Похоже, раны, наконец, перестали доставлять ей ощутимые неудобства, хотя повязки на самых серьезных все еще присутствовали. Мешковатая белая кофта из теплой ворсистой ткани и свободная черная юбка длиной чуть выше колена гармонировали с такой же незамысловатой по цветам одежде шефа – неизменными серыми джинсами, черной футболкой и белым плащом. Схожий стиль, одинаково темные глаза и светлые волосы и правда делали их похожими на родственников.
Мать, как и Кара, еще не вылезла из своего алого пеньюара и не убрала волосы в прическу, что девушку весьма напрягло. Малейшее сходство в привычках выло в голове сиреной воздушной тревоги. Захотелось немедленно уйти, привести себя в порядок и нормально одеться, но раз уж пришла, сперва нужно разобраться с делами.
Вилейн расплылась в улыбке и перевела все свое внимание на дочь. Ноэль тут же принялся вливать в себя кофе, пока проклятая женщина соизволила отстать от него.
– Доброго утра, мой лорд. Леди Сагири. Матушка, – по накатанному сценарию Кара склонила голову и окинула страдающего от раннего подъема юношу благоговейным взглядом.
– Доброе утро, дорогая, – Вилейн подошла к девушке и нежно погладила ее по спине, светясь от вновь приобретенной материнской заботы. – Мы обсуждаем предложение Римана. Хорошо ли ты отдохнула?
Точнее, обсуждала только она, а все остальные просто молча присутствовали.
– Хорошо. Спасибо, – отмахнулась Кара и тут же перешла к интересующей ее теме. – Мне нужно поговорить с господином Изаром, – а когда все глаза устремились на нее, добавила. – Наедине.
Мать не скрывала своего счастья. Ее довольное лицо светилось гордостью и восторгом. Похоже, она думала, что отношения дочери и древнего правителя во всю расцветают. Женщина ласково коснулась щеки девушки и без лишних слов вышла из кабинета.
Нила с вопросом взглянула на шефа, но он не проронил ни слова, тогда она молча отложила понравившиеся книги на стол и вышла следом за Вилейн.
Ноэль разделался с кофе и вопросительно приподнял бровь.
Удостоверившись, что дверь плотно закрыта, Кара подошла к нему и нагнулась к уху, шепча свою просьбу.
Мгновение он смотрел на нее не мигая, а затем темные глаза блеснули алым. Мерцающие нити устремились к стенам, окутывая их плотной сетью. Алая паутина вспыхнула и исчезла.
– Можешь говорить. Теперь никто не подслушает.
Нила вышла за дверь и лицом к лицу столкнулась с хозяйкой поместья. Женщина преградила ей путь и скрестила руки на груди.
– Я знаю, что утром вы с господином Изаром из его спальни вышли вместе, – начальственно изрекла она, сверля девушку вопрошающим взглядом.
– А Рудольф ушел от тебя глубокой ночью, – парировала Нила, пытаясь обойти ее.
Хозяйка поместья вспыхнула и вновь встала у нее на дороге.
– Наслаждайся его вниманием, пока можешь, – высокомерно бросила Вилейн. – Скоро ему будет не до тебя.
Девушка приблизилась к ней почти вплотную. Ее немигающий и безэмоциональный, словно у куклы, взгляд ощущался чертовски неуютно.