Смутившись, Кара плотнее запахнула полы и потуже затянула гладкий пояс. Настроение лорда, который до этого пребывал в скверном расположении духа после встречи с пленницей, переменилось в лучшую сторону, что не могло не радовать.
– Кто-нибудь еще из ваших… – она запнулась, тут же поправив себя, – из наших умеет перемещаться?
– Только я, – Изар приблизился к окну, осторожно выглядывая из-за распахнутых занавесок, покрытых таким же толстым слоем пыли, как и все вокруг.
Садовник, раскидав инвентарь по поляне, занимался обновлением газона. Все остальные, по-видимому, собрались на завтрак где-то в недрах местного жилища.
Кара потерла запястье и огляделась, повернувшись вокруг себя. Комната была заброшена. Сюда уже давно никто не приходил. Бессмертный обошел все три выхода удостовериться, что двери заперты.
Зал однажды просто закрыли, превратив его в скорбный мемориал и вычеркнув произошедшее здесь десять лет назад из жизни клана. Вероятно, таким образом выражая протест хозяйской неосмотрительности. Обе наследницы покинули семью, оставив всех, кто от них зависел, на съедение возмущенным сородичам. Останься Молара – смогла бы защитить их от нападок древнего сообщества, но вместо этого предпочла уйти и вершить месть вместе с Лэйрьеном Риманом, который в итоге от этой самой мести отказался. А подельница, напротив, осталась верна первоначальной цели до конца.
Подняв очередное облако пыли, юноша плюхнулся в одно из тяжелых резных кресел и запрокинул голову, разглядывая высокий потолок.
Кара отошла к центральному входу, оказавшись прямо посередине большого овального зеркала на ножках у противоположной стены, и принялась внимательно разглядывать интерьер, сопоставляя с тем, что видела во том сне, где помогала Марии с платьем. Это воспоминание оказалось последним событием перед случившейся трагедией.
Некоторые детали казались смутно знакомыми, вызывая острое чувство дежавю, но четко вспомнить подробности не удавалось. Возникающее ощущение походило на мимолетную мысль, которую безуспешно пытаешься ухватить.
Проскользив от углубленного в стену стеллажа с книгами с одной стороны стены до ведущей на балкон двери – с другой, взгляд вернулся к большой толстой вазе из змеевика, стоящей поверх массивного мраморного камина, что располагался в центре зала. Кара не припомнила, чтобы видела такую в сновидении. Болотный оттенок, пестрящий темно-зелеными пятнами и прожилками, не сочетался с классической мягкостью окружающих цветов. Когда до нее, наконец, дошло, что никакая это не ваза, а урна с прахом – девушка поспешно отвела глаза.
– Ты в порядке? – Изар поморщился от летающей вокруг пыли, выбитой его пятой точкой из кресла.
– Да.
– Что-нибудь вспомнила?
Подходя ближе к окну и зеркалу, Кара покачала головой и присела на корточки, прикладывая ладонь к паркету, уже пестрившему следами их шагов. Здесь, если верить рассказам Молли, десять лет назад разлились реки крови и, если верить видениям, Мария Тэрелиас пыталась ее задушить. Можно бы было допустить мыль о самозащите, но она противоречила всем остальным произнесенным ею фразам.
Бессмертный вдохнул, поднялся с кресла и снова подошел к окну. Не обнаружив копающегося на лужайке садовника, направился на балкон.
– Что, если тебя кто-то увидит? – шепотом окликнула Кара уже взявшегося за дверную ручку юношу.
– Это их не обрадует.
Изар распахнул дверь и шагнул на балкон, принявшись шарить по карманам в поисках сигарет.
– Всех усыпишь? – спутница зашла следом. – Нила сказала, частое использование сил вредит тебе.
Кара прошла к толстому металлическому ограждению и, удостоверившись, что на улице и в ближайших окнах никого нет, свесилась с перил, заглядывая вниз. Третий этаж за счет высоченных потолков был не иначе как шестым. Обширная поляна, кольцом окружающая дом, сочно зеленела, не считая темнеющего участка, где собирались укладывались новые квадратики газона.
В отличие от лесных материнских владений, поместье Тэрелиасов окружали протяженные поля, перемежающиеся с невысокими холмами. Бескрайнее во все стороны небо в другой день могло бы порадовать потрясающими видами, но сейчас на нем красовались лишь серые покрывала, без ветра зависшие на месте. Солнечные проколы в тучах затянулись, предвещая затаившийся ливень. Он-то и загнал местный люд с улицы под крышу.
– Она слишком парится из-за пустяков, – проворчал Изар, зажимая губами сигарету и раздражаясь от того, что зажигалки при нем не оказалось. – Отойди, вдруг обвалится, – одернул он перевалившуюся через балюстраду девушку.