Кара вздрогнула от посетившей ее странной мысли, которую тут же спугнул зазвонивший телефон. Облокотившись руками о колени, она устало опустила взгляд в экран, не торопясь отвечать на звонок, но Танан настойчиво набирал ее вновь и вновь.
Глава 10. Точка кипения
Кара молча ответила на звонок, сурово вслушиваясь в звенящую пустоту на другой стороне. Эмоциональное напряжение так утомило ее за последнее время, что она без интереса ждала, пока мужчина соберется с духом начать свою речь.
– Прежде, чем ты повесишь трубку, – начал он, – позволь мне высказаться. Дай шанс поговорить с тобой.
– Если помнишь, именно ты в прошлый раз оборвал наш разговор, – устало и безэмоционально произнесла Кара.
– С тобой все нормально? Ты не заболела? – в его голосе проскользнули нотки прежней заботы, на которую ее душа, как ни странно, не отозвалась.
– Я в порядке.
– Тяжелые занятия?
– Я же сказала – все в порядке, – повторила девушка уже более твердо.
– Послушай. Я… вспылил в тот раз. Ты ведь меня знаешь, я так реагирую.
Кара промолчала, скользя рассеянным взглядом по совершенно выточенным губам мраморной девы, и мужчина нервно продолжил.
– Я понимаю, у тебя стресс. Но предлагать такое…
– Я говорила совершенно серьезно. С холодной головой. Нам необходимо расстаться. Ты и сам это знаешь, – отрезала она.
– Детка, детка, остынь, пожалуйста. Ты совсем на себя не похожа. Где моя нежная и заботливая девочка? Что с тобой стало?
– Танан, к чему этот разговор? С тех пор как ты с холодом проводил меня в эту поездку, мы сильно отдалились и к прежним отношениям уже не вернемся.
– У тебя месячные, что ли? – мужчина выдал нервозный смешок.
Кара жгуче вздохнула, чтобы выпалить все, что думает, но он перебил.
– Ладно, неудачная шутка, извини. Я пытаюсь наладить с тобой контакт – стараюсь, как могу, слышишь? Я приеду сегодня вечером, и мы обо всем поговорим, хорошо?
– О, ты, наконец-то, нашел на меня время между своими совещаниями? – с укором отозвалась она.
– Именно так. Сегодня я пропущу совет директоров, – сказал он многозначительно, – ради тебя.
– Не стоит переживать обо мне и пропускать такую важную встречу, – снисходительно бросила девушка.
– Так. Я вижу, взаимопонимания у нас не получается. Я не готов разрывать эти отношения, слышишь? – голос его твердел все больше из-за неуступчивости невесты.
– Танан…
– К девяти вечера я буду в Кейтане, и мы поговорим. В нормальной и спокойной обстановке. И я уверен, что…
– Танан. Прекрати, пожалуйста. Ты не должен приезжать.
– Я приеду, – отрезал он.
– В это время меня уже не будет в академии. Не стоит ехать сюда, чтобы посмотреть на закрытые ворота, – раздраженно ответила она.
– Не будет? – повисшая заминка заставила Кару с ужасом осознать, что она проговорилась. И крупно. – Я думал, все студенты живут прямо там, разве нет? Как это – тебя там не будет?
– Не бери в голову.
Но мужчина, похоже, уже раскручивал в голове все возможные сценарии.
– С кем ты живешь? – ошарашенно-презрительные нотки, проскочившие в его голосе, обдали огнем, но девушка промолчала. – Ответь мне, Кара. Иначе я позвоню твоему дяде и узнаю все сам, – голос его ломался как стальная пластина.
– Танан! Это совершенно не твое дело! – взорвалась она.
– Еще как мое! Ты что, уже там кого-то нашла себе, а?
Тяжело вздохнув, Кара устало прикрыла лицо ладонью. Разговор принял куда более напряженное направление, чем она предполагала.
– Хорошо. В общем так. Раз ты отказываешь говорить – я звоню ему, – отчеканил мужчина тоном, в котором не было сомнений – он так и поступит.
Гнев, вспыхнувший в ее глазах, распалил бы мраморный фонтан, если бы мог.
– Я живу с директором. Потому что апартаменты академии переполнены. Доволен? Не смей ему звонить, – Кара говорила жестко и решительно. – Я пытаюсь наладить семейные взаимоотношения. Тебе не понять, каково это, когда семья в раздоре.
Мужчина ошарашенно замолчал.
Неужели успокоился?
– Ты… живешь с мужчиной?
Да сколько можно?!
– С дядей!
– Сколько ему лет?
– К чему ты клонишь? – уязвленный тон девушки взлетел до максимальных высот.
– Ты живешь с молодым мужчиной, будучи обрученной со мной, я правильно понял?
Кара вскочила со скамейки, с трудом пытаясь держать себя в руках – о ее разгневанности могла прознать вся академия.