– Не хотел же влипать в неприятности, вот же… – Ноэль постучал кулаком по затекшему плечу и поводил шеей из стороны в сторону, разминая ее.
Парни опешили, уставившись на затихшего товарища.
Он… он что убил его?
Кара, сама того не заметив, попятилась назад. Кровь била в висок. Она не понимала, от холода дрожит или от страха. Милый и добрый Ноэль, который избегал любых конфликтов, сейчас сам походил на члена бандитской группировки.
Лицо лидера исказилось гневом.
– Мэйсон! – позвал он и, не дождавшись ответа от валяющегося на земле тела, скрипнул зубами и рванул вперед. – Ты труп, так и знай!
Следом за лидером толпа ринулась вперед. Ноэль ловко уворачивался от летящих в него кулаков и колен и откровенно развлекался дракой. Наслаждался. С его лица не сходила легкая, почти что зловещая улыбка. На первый взгляд небрежные движения, выпады и удары были точными и выверенными. Один из банды замахнулся кастетом, и Ноэль не успел увернуться. Кровь разлетелась в стороны из рассечины на щеке, зацепившей и губу. Юноша отшатнулся и зашелся кашлем, плавно переходящим в отрывистый смех.
– Аааа, как же приятно снова это ощутить.
– Че? Ты больной что ли?
– Раз нравится, сейчас добавим, – парни повытаскивали узорчатые ножи и довольно оскалились, – посмотрим, как тебе придется по вкусу такое.
Кара ахнула и подалась вперед, но ноги предательски застыли, отказываясь идти дальше. Сцена, что разразилась впереди, сковала ее ужасом. Совершенно очевидно, что помощь Ноэлю не требовалась. До этого момента он лишь играл с противниками и потешался над происходящим. Но теперь, когда бандиты вооружились, – перестал себя сдерживать.
Парень слева выкинул руку с ножом, целясь Ноэлю в печень. Юноша с легкостью перехватил летящее запястье с ножом, перенаправляя и всаживая его в живот самому же нападавшему. Парень скорчился и упал на землю в попытках вдохнуть.
Нож, летящий справа, Ноэль заметил поздно. Лезвие полоснуло его по руке, прежде чем он перехватил его и воткнул в ногу нападавшему – одно движение, и нож развернулся, рассекая внутреннюю сторону бедра вверх до самого паха. Парень заорал как резаный и опрокинулся назад, пытаясь закрыть руками хлещущую кровь. Остальные боязливо отошли на безопасное расстояние. Они уже поняли, что ввязались в драку с неподходящим человеком, но отступить, видимо, не позволяла бандитская гордость. Группировки держались за свою репутацию.
Кара с трудом сдерживала дрожь в теле. Ей хотелось бежать с площади без оглядки, но голос разума не позволял ей оставить друга даже после того, как она увидела его… таким.
– Кто ты, ублюдок? – воскликнул главный.
Ноэль сплюнул кровь и повернулся к нему, ехидно ухмыляясь.
– Павлин из Академии Кейтана Джона Реджи. Третий курс политической социологии.
– Да пофиг! Кончайте его! – скомандовал лидер всем оставшимся в строю.
Уголовники одновременно кинулись на него, размахивая ножами. Первой Ноэль поймал руку главаря, изменяя траекторию ее движения и вонзая нож в летящего впереди парня, а затем рванул свой локоть вверх – предплечье противника с хрустом выгнулось и повисло, стоило его отпустить. Главарь исступленно заорал, вцепившись здоровой рукой Ноэлю в горло. Парень спереди отшатнулся и осел наземь, трясущимися руками пытаясь вытащить нож из груди.
– Сзади! – выкрикнула Кара, видя, что Ноэль в ловушке, а со спины летит очередной клинок.
Он чуть отклонился назад, нисколько не переживая о руке, сжимающей его горло, и перехватил клинок на лету, полностью им завладевая – полоснул парня за спиной, а затем вонзил нож в главаря. С силой вдавливая мощную сверкающую сталь в мягкую плоть – рассек грудь от левого плеча до правого бока. Пустые глаза главаря распахнулись от болевого шока. Рука его разомкнулась, выпуская горло Ноэля, и он упал, не проронив ни звука.
Последний оставшийся невредимым член банды, увидев, что лидер повержен, бросил оружие и кинулся прочь. Ноэль за пару шагов нагнал убегающего, поймав за шкирку, и резко рванул назад, с силой опрокидывая на асфальт и втаптывая его голову в асфальт. Череп хрустнул - парень дернулся и затих.
Кара не могла вдохнуть. От увиденного легкие скрутились в тугой жгут, а сердце болезненно сжалось.