- То, что дед выздоравливает, это хорошо. Правда, начальник РОВД сказал, что на тебя, Маша, и на Евгения Свиридовича охота прекращена. Только вот я этому не верю. Либо его агент врёт, либо он сам врёт.
- А смысл в этом какой?
- Вот и надо понять. Непонятно зачем это было объявлено для всех. А потом, в узком кругу, он же сообщил, что объявлена охота на меня, Татьяну Николаевну и Светлану Петровну. Где я перешёл дорогу и кому, не ясно.
- Я Татьяну Николаевну знаю, а вот Светлана Петровна - это кто?
- Светлана Петровна - дочь прокурора. А откуда ты знаешь Татьяну Николаевну?
- Я поступила на первый курс, а она была выпускницей университета. Нам её в пример приводили. Потом она куда-то исчезла, а когда я приехала сюда, она уже была женой прокурора. Хотя у них была большая разница в возрасте. А что она сама говорит?
- Да тут всё так построено, что я не смог с ней поговорить. Ни с ней, ни со Светланой Петровной. Хотя, я думаю, теперь время на беседу с ними у меня будет.
- Только осторожней. Про Татьяну Николаевну двойственная слава в университете шла. Она хитрая, умная и изворотливая. Но училась на отлично. Претензий к ней не было. Занималась спортом, прекрасно владела оружием.
- Оружием?
- Да. А что в этом такого? У нас был стрелковый клуб, и можно было там пострелять из боевого оружия. Я тоже владею пистолетом, автоматом и карабином.
- Прекрасно. Я дам тебе пистолет «Глок». Но, в случае чего, его не должны найти. Из этого пистолета убили прокурора и именно его подбросили в дом Гвоздя. Кроме этого, вот тебе мой новый номер телефона.
- А старый?
- У меня их теперь два. Но старый телефон наверняка отслеживается и сейчас он лежит в машине.
- Я переживаю за тебя. Остерегайся этих женщин.
- Ты, главное, мою тётю береги.
- Она про моего деда всё расспрашивает.
- Вот и расхвали его! Сосватай! Глядишь, они и слюбятся.
- Сваха из меня никудышная.
Поужинав, Михаил отдал пистолет «Глок» Маше, дал совет, куда его лучше прятать и уехал. Тем же кружным маршрутом он добрался до торгового центра. Прошёл через чёрный ход и вышел оттуда через центральный на стоянку к своей машине.
Поскольку уже стемнело, он приехал домой, загнал машину во двор. Приготовил «тревожную» сумку. Взял с собой бутылку водки и бутылку вина, в которое было введено снотворное.
Михаил, рассуждая о действиях руководства, пришёл к выводу, всё равно его отправят в санаторий. Кроме этого, ему навяжут в охрану спецназ. То есть, о его пребывании будут знать все. Подумал, может, надо было дать объявление в газете? Чтобы убийцы точно знали, где их искать. Думал он и о том, что известно ему о санатории. И в памяти всплыла пьянка оперов, сейчас он уже не помнил, что именно обмывали, но двое, сидевших рядом с ним оперативников, обсуждали этот санаторий, его достоинства. Один из них сказал другому:
- Наш начальник РОВД туда свою любовницу возит, на выходные. У него в этом санатории постоянная прописка.
- И кто его любовница?
- Извини, это не моя тайна, а я хочу на пенсию уйти, а не так, чтобы меня ногами вперёд вынесли.
Это была пьяная болтовня, и он тогда не придал этому значения. Сейчас это обретало какие-то черты. Но вот вспомнить, кто из оперов болтал об этом, он не мог. Всё сложилось, как Михаил и предполагал. Утром, перед тем как пойти на работу, он зашёл в ФСБ, где имел беседу с человеком, который курировал операцию по защите Михаила, Светланы и Татьяны. На работу пришёл вовремя и его сразу пригласили в кабинет начальника. Там он расписался в приказе, который обязывал его немедленно, в целях обеспечения безопасности, уехать. Место, куда его отправляли, указано не было, вместе с ним ехали жена и дочь прокурора. Начальник спросил:
- Будут ли какие-либо пожелания?
- Патронов побольше, чувствую, пригодятся.
- Я вообще думаю, тебе оружие там ни к чему, вон какого верзилу у себя в доме взял.
- Он просто не был готов к встрече со мной, а там, в санатории, ко мне придут те, кто будет готов встретиться. Причём, придут с не пустыми руками.
В кабинет вошли две женщины. Одна из них была женой покойного прокурора, и Михаил знал её. Вторая, как он догадался, была дочерью прокурора. Тем не менее, Владимир Фёдорович представил их: