Услышав это, Шрам встал со своего места и, подойдя к окну, не поворачиваясь к другу, спросил:
- Ну и как?! Разобрались?!
В его словах так и сквозила насмешка. Шаман слишком хорошо успел изучить эту черту друга. Она появилась у него вскоре после смерти Алины. На любую ошибку друзей он реагировал одинаково – задавал вопрос, будто бы насмехаясь над их неудачей,… словно у него это могло получиться лучше! Высокомерие и надменность, сквозившие в голосе Игната, буквально выводили Андрея из себя. В такие моменты парню хотелось лишь одного – как следует съездить ему по физиономии!
Шаман почувствовал, как из глубины его сознания поднимается черная, неукротимая ярость. Лицо его покраснело, руки сами собой сжались в кулаки так, что побелели костяшки пальцев. От предчувствия близкой схватки по телу пробежала мелкая дрожь. Лишь огромным усилием воли парень сдерживал себя.
- Да какое тебе до нас дело?! Ты носишься с этой Ниной, начисто про все забыв! И для чего?! Чтобы в итоге её убить! Я тебе предлагал сделать это сразу же, но ты решил поиграть в благородство! Поселил её у себя, посвятил в нашу жизнь. А может ты ждал, что тебе что-то обломится?! Ну и как, обломилось?!
Шрам резко обернулся. Шаману все-таки удалось вывести его из себя. На его лице, как всегда, не отражалось никаких эмоций, но под напускным спокойствием бушевала буря чувств.
- Не считай, что ты меня знаешь! Тебе не понять, о чем я думал, когда привел Нину сюда! Ты же не видишь ничего, что не касается нашего ремесла, упертый отморозок! Возомнил себя главным и теперь тянешь одеяло на себя?! А может тебе напомнить, что именно ты первым предложил мне возглавить нас?!
Шаман сделал шаг навстречу другу.
- Я прекрасно это помню! Но когда я это предлагал, ты был другим человеком, который не ставил личные интересы выше общих целей! А затем ты встретил Алину и тебя словно подменили. Из хладнокровного, расчетливого лидера ты превратился в пылкого влюбленного юнца! И что в итоге?! Девушка мертва, ты не сумел защитить её! И сейчас история повторяется…
Шрам больше не собирался терпеть упреков друга. Андрей разбередил старую рану. Одним прыжком Игнат оказался рядом и что было сил боднул его в лицо. Послышался хруст, удар пришелся в переносицу. Савьюр почувствовал на губах солоноватый привкус собственной крови. Боли он не ощущал, ярость притупила все чувства. Он лишь клацнул зубами от неожиданности и в следующую секунду ударил Шрама локтем по лицу, разбив тому губы.
Ощутив вкус крови, парни полностью потеряли над собой контроль. Забыв даже, из-за чего началась ссора, они принялись остервенело наносить друг другу удары.
- Остановитесь! Хватит! – Крик Нины привел товарищей в чувство. Парни замерли, занеся руки для удара, и посмотрели в сторону двери.
Девушка стояла в проеме, прижав руки к лицу. Она была бледна, а в её глазах стояли слезы.
Гатчина
27 ноября 2000 г. 9:25
За толстым автомобильным стеклом мелькали серые здания панельных пятиэтажек. Их непрезентабельный вид не могло скрасить даже вышедшее солнце.
- Ох, изгадили город этими серыми «кубами»! – невольно промолвил вслух отец Никодим.
После разговора со сторожем его настроение было испорчено. Батюшка был практически уверен в своем предположении, что седой парень есть один из легендарных Неспящих, но сторож сказал, что среди вошедших на склад не было никого с седыми волосами и со шрамом на лице. Разбившаяся о скалы обыденности мечта, таяла на горизонте сознания.
- Отец Никодим, сейчас куда? В обитель? – обернулся водитель. Это был еще совсем молодой послушник, ни бороды, ни солидности у него еще не появилось. Черная ряса была ему велика и висела мешком. Но открытое юношеское лицо буквально лучилось от какой-то внутренней радости.
- Да, сразу в обитель, дел на сегодня больше нет – глядя на счастливое лицо своего водителя, батюшка снисходительно улыбнулся.
- Отче, можно задать вопрос? – увидев, что настроение отца Никодима немного улучшилось, послушник рискнул завязать с ним беседу. Зная специфику службы священника и его репутацию, молодой водитель был несказанно рад попасть к нему. Паренек со временем рассчитывал занять достойное место в ордене Георгия Победоносца и упустить такой шанс набраться опыта ему не хотелось.
- Задавай, да меру знай! – дал согласие священник, увидев в зеркале, как светятся энтузиазмом глаза шофера. Мечты послушника не были для него секретом, к тому же парень упорно трудился и старался всячески проявлять себя с положительной стороны.