Всё думаю и думаю! Нам-то хотя и скушно, но зато мы в тепле и в сытости, а как-то там Николенька? Папенька говорит, что к лету нужно перебираться в Череповец. Мне этого не хочется, потому что вдруг да Николеньку скоро выпустят из крепости и он пойдёт к своей маменьке? А если мы уедем, то где он будет меня искать? Папенька смеётся и говорит, что язык и до Киева доведёт.
20 марта 1826 года
На днях папеньке опять пришлось ездить в Череповец, чтобы принести присягу Его Императорскому Величеству Михаилу Павловичу. Папенька говорит, что «рыжий Мишка» не способен управлять государством! Он наслышан о безобразиях, которые учиняло Е.И.В., будучи Великим князем. Но присягать надо, потому что лучше плохой царь, чем никакой. В наших местах становится опасно. Говорят, что на дорогах объявились банды разбойников из местных крестьян и дезертиров. И это, как говорит папенька, не какая-то водевильная «La bange joyeuse», а настоящая шайка грабителей и убийц! Папенька говорит, что череповецкий предводитель дворянства г-н Кудрявый во время войны 1812 года изловил несколько разбойничьих шаек, что повадились грабить тех, кто уезжал из Санкт-Петербурга из опасения его захвата Наполеоном. Папенька ещё сказал, что мы очень вовремя уехали, потому что вдвоём с Филимоном они сумели бы отбиться только от трёх-четырёх бандитов. А ежели бы их было больше? Думаю, что ежели бы с нами был Коленька, то никакие бандиты были бы не страшны!
13 апреля 1826 года
Сегодня папенька твёрдо решил уехать в Череповец. Там он уже сговорился о покупке небольшого домика. Сказал, что очень неспокоен за нас с маменькой. Акулина недавно разговаривала с крестьянками. Те наговорили всяких ужастей! Будто бы недалеко от дороги, где-то там верстах в пятидесяти от нас, наткнулись на целый овраге мёртвыми телами! Многих уже и не опознать... Папенька об этом ничего не говорит, чтобы не расстраивать нас, но сейчас вокруг столько ужасного, что всё равно кто-нибудь да расскажет. Через наше имение проезжали на подводах человек двадцать солдат с капитан-исправником, но вернулись очень быстро. Папенька сказал, что реки сейчас разлились и искать разбойников нужно тогда, когда будет посуше. Они, наверное, сидят по каким-нибудь норам в лесу. Ещё папенька сказал, что в Череповце собираются создать отряд ополчения и он как отставной подполковник придётся очень кстати. Возглавит ополчение сам полковник Десятое, герой войны 1812 года!
Мыс маменькой разговаривали об отъезде с Аглаей Ивановной, но та заявила, что никуда из своей Панфилки не уедет! Зато она сказала, что в Череповце у неё есть собственный дом, в котором сейчас никто не живёт. Она хотела бы впустить нас в этот дом, чтобы будущие родственники не тратили попусту деньги. Папенька говорит, что это неудобно, но мы с маменькой знаем, что денег у нас почти не осталось. Оброчные деньги должны были поступить нам ещё в генваре, но их никто не прислал. То зерно, которое нужно было продать, так и осталось в петербургском имении. По слухам, имение сгорело сразу же после нашего отъезда. Имения, мне, конечно же, очень жаль. Даже не самого имения, а своей комнаты, рукоделия. Старенького фортепиано, на котором меня учили играть... Но если подумать о тех телах, которые нашли в овраге, то всё кажется ерундой!
Сегодня исполнилось ровно полгода, как мы в последний раз виделись с Николенькой. Как же я сумела прожить столько времени? А самое плохое, что я не знаю — что же будет дальше! Маменька говорит, что пока папенька воевал, она тоже его ждала. Бывало, как-то раз не видела мужа целых два года! Смогла бы я прождать целых два года? Конечно же, да! Но когда маменька ждала с войны своего мужа, моего папеньку, то она знала, что он придёт тогда, когда закончится кампания! А я? Ни невеста, ни жена! Кто же я? Несостоявшаяся невеста «государственного преступника»?
Ужас. Пора заканчивать запись, потому что в голову лезут разные глупости.
11 мая 1826 года
Мы переехали-таки в Череповец. Поселились в домике неподалёку от городского собора. Папенька отказался вселиться в дом, что предлагала Аглая Ивановна, сказав-де, что это будет неприлично! Но я слышала его разговор с маменькой о том, что так бы было дешевле, потому что денег совсем мало. Папенька хочет заложить имение. Только вот беда — заложить его негде, потому что Дворянского земельного банка в Череповце нет. И вообще, тут много чего нет, к чему мы привыкли в Петербурге. Хотя после Борисоглебского здесь гораздо лучше и веселее. Жалко, что Аглая Ивановна не захотела ехать с нами. Как-то она там? Вообще в Череповце всё странно устроено: Воскресенский собор имеет два храма — Воскресенский и Троицкий. Сам городок напоминает большое село. Нам рассказали, что он возник по указу императрицы Екатерины на месте нескольких сел. А ещё раньше здесь был монастырь, который несколько раз жгли поляки во время Смутного времени. Смутное время — это когда было? Может быть, когда восстал Стенька Разин?