Жестоко? Да, немного жестоко, совсем негуманно. Но необходимо для наведения порядка. К тому же к нам очень много бывших разбойников прибывает, по внешнему виду которых можно было понять всё их прошлое. Но сразу я никого не казнил и всегда давал второй шанс. Вот так и получалось, что левую руку я протягивал, а вторая всегда была сжата в кулак. Потому что если эта свора псов войны почувствует слабость, то первым она разорвёт меня, после чего хаос воцарится на моих землях.
Вернее на землях граждан Эдема. Об этом мне тоже не следовало забывать, ведь я не император и не король. Я избранный народом архонт, которого в любой момент могут попросить уйти. И этот момент настанет как только исчезнут или стабилизируются угрозы военного характера будь то агрессивный сосед или монстры из пространственной аномалии.
К слову о монстрах и агрессивных соседей, прямо во время моих проверок нашего скромного военно-промышленного комплекса меня нашёл раб, который поспешил передать известие. Паруса храбрых защитников Эдема были замечены разведкой. Полководец Мильтиад плыл на этом корабле и спешил навстречу со мной.
Я также решил отложить дела, которые могут подождать. Ведь такие гости требовали особого внимания, даже если в перспективе от них нельзя получить выгоды. Да и в конце-концов именно благодаря Мильтиаду и его солдатам мы её живём. Если бы не они, то мы бы не пережили прошлых бурь. И хоть многие винят защитников Эдема в том, что они не до конца делают свою работу, однако с теми ресурсами, что у них были… они выкладывались на полную.
— Уважаемый архонт Арис Максимус, — первым без пафосных процессий на сушу спустился сам Мильтиад, чья броня и шлем пестрили сотнями царапин.
Взгляд же этого известного полководца был холоден и тяжёл. Солдаты позади него стояли вытянувшись по струнке и смотрели только вперёд, слегка приподняв подбородки. Своим видом они создавали впечатление выплавленных из стали воинов, которые не знают ничего кроме приказа. Оно и неудивительно, ведь каждый защитник Эдема обязан быть чуть ли не идеальным. Они лицо Эдема, цвет нации, гордость всего мира, грозный меч и надёжный щит в руках архиепископа. Простой народ же и вовсе боготворит каждого защитника Эдема, даже если он простой смертный без дара магии и просто стоит в фаланге, держа пику.
— Слухи не врали, — спустя недолгую паузу произнёс Мильтиад, как раз в тот момент когда я хотел его поприветствовать. — Не стоит терять время, отправимся в переговорную.
— Как пожелаете, — кивнул я и даже обрадовался, ведь мне нравились смертные, которые мало говорят и много делают.
— Рабов уведите, — по дороге произнёс Мильтиад, демонстрируя ярую преданность традициям Эдема, согласно которым на передовой среди защитников Эдема никогда не было рабов даже в тылу.
Это частные армии и армии отдельных земель могли позволить себе некоторые условности. Например рыцари Ландоса любят водить шлюх в шатры, Анхабари и Сарос не брезгуют использовать рабов-алхимиков для работ в тылу. Хотя прямо уж на передовой рабов увидеть можно очень в немногих местах и в случаях крайней необходимости. Ведь когда раб брал копьё и щит, становился в фалангу, то таким образом он ставился в один ряд со свободным гражданином. К тому же как известно, раб это вещь, у него нет дома и ему нечего защищать, ведь у него ничего нет.
Однако Мильтиад в этом плане заходил дальше других и даже на таких встречах не позволял рабам прислуживать ему. Даже за его бронёй и оружием следил свободный оруженосец, как и другие солдаты сами чистили снаряжение и драили толчки. Ведь в армии они служили, не кому-то конкретному, а всему миру. И это мало того, что не считалось постыдным, это наоборот поощрялось, наравне со служением Этию и в Гильдии.
— Чем могу быть обязан, Мильтиад? — оставляя ненужные формальности произнёс я, ведь уже понял что за человек приплыл ко мне для беседы.
— У армии и флота дела совсем плохи, Арис, — тут же произнёс Мильтиад и из пространственного артефакта воплотил тубусы со свитками, в частности картами.
На самой большей карте красовался Эдем целиком. На ней выделялся сам материк, пустыня и самая большая река Ари, вдоль которой находились пески Анхбари. Чуть ниже, в самой дальней точки от пограничных островов расположился Сарос, самые нищие земли, где жили в основном зверолюды и кателии. Также везде подчёркивались главные и одноименные с землями города. Пески Анхабари и город Анхабари, аналогично с Ландосом.