Если раньше её гнев был жестоким и беспощадным, то теперь его природой была болезненность и отчаяние.
— Как она прекрасна, — восхищённо воскликнул в моём разуме Доргаф, когда Келиксия поднялась на ноги.
По её лицу текли слёзы из крови, которые не достигнув подбородка испарялись. Огонь снова стал её бронёй и оружием, а на лице помимо боли читалось и желание убивать. Убивать меня, сотни и тысячи раз, максимально мучительным способом, чтобы заставить прочувствовать хотя бы долю перенесённого мне.
— Идеально, — произнёс я, а затем тут же мой молот столкнулся с когтями.
Левой рукой Келиксия уже хотела ударить мне в бок, но мой локоть опустился прямо на её кисть и затем кулак угодил ей в нос. Сразу же после того последовал удар ногой в корпус, от которого Келиксия захрипела и снова отскочила. Я же перевёл молот в более удобное положение.
— Давай, злись ещё сильнее. Но как начнёшь понимать, что твой гнев должен быть направлен не на меня, то моргни два раза.
— СДОХНИ!!!
— Подержи, — через плечо бросил я и отставил молот одному из бойцов.
Мой молот довольно грозное оружие, которым в горячке боя можно и случайно убить. А отправлять Келиксию на ещё одно перерождение не хотелось. Так что покрыв своё тело льдом я принял бой без оружия. Когти бешеной демоницы были опасны, но за один удар достичь моей плоти они могли. Я же бил чётко и метил не только в естественные слабые места, но и узлы энергоканалов, которые видел через магическое зрение.
Хрустели когти, во все стороны летело пламя, которое уже видели подплывающие к нам корабли. Они верно думали, что гарнизон с честью держит оборону, а не прячется. Впрочем, меня это мало волновало, ведь всё шло согласно моему плану. И никто из моих бойцов не сомневался в этом, пусть я и посреди задания начал выяснять отношения со своим демоном. Они знали, что я не дурак и если так делаю, то значит так надо.
— Боль рождается гнев, гнев уничтожает боль. Она обновляется, — продолжал завороженно говорить Доргаф, который никак иначе влюбился в Келиксию.
Я же снова увернулся от когтей и перевёл наш бой в партер броском через себя. Покрытые льдом кулаки превращали лицо Келиксии в отбивную, а та в свою очередь бесилась ещё сильнее. Однако постепенно накал спадал и после трёх удушающих она кое-как остудилась, начала думать и среди гнева зазвучал голос разума.
— Я вырву твои кишки через твою задницу, а затем заставлю тебя их сожрать, после чего сломаю хребет на две части и превращу тебя в ленту Мебиуса.
— Не нужно благодарностей, — кивнул я, но руки не опустил, готовясь принять ещё одну яростную атаку.
Однако Келиксия хоть и грозно выдыхала пар, но кажется уже взяла контроль над эмоциями. Она хоть и вспыльчивая, но не настолько же тупорылая. Так что поняла смысл всего произошедшего. Это было ей на пользу, но пока что вслух она этого не признает. Хотя может даже не «пока что», а «никогда». Тут уж не угадаешь.
— Хочешь поразвлечься с сырым мяском? — спросил я, после чего кивнул одному и своих бойцов.
Но как и следовало ожидать, спрятавшиеся враги не захотели сдаваться. Ни на предупреждения, ни на угрозы, ни на мои слова про демона они отреагировали исключительно бранью и оскорблениями в сторону меня, моих бойцов, наших семей. Довольно смело, по всей видимости слухи про Демоса врагом искоренялись. Но ничего, Демоса кормить пока что не имело смысла, он и так жирный. А вот Келиксия…
— Что же мне с ними сделать… может послать на штурм своих бойцов… — делая задумчивый вид говорил я, проверяя не сорвётся ли Келиксия раньше времени. — Но тогда многие наши полягут, не вернуться домой к семьям. Как бы избежать этого и одновременно захватить форт? Хм… О, точно, Келиксия, как насчёт разобраться с ними? Разрешаю делать что угодно, но без разрушения донжона.
Без лишних слов Келиксия превратилась в огненный факел и стрелой разрезала ночь, врываясь внутрь форта через бойницу со второго этажа. Вернее как через бойницу… при попытке влезть через эту щель Келиксия всё же разнесла немного стену и теперь бойница стала два на два метра.
Сразу же раздались крики и брань, некоторые враги как раз и пытались сбежать через эту брешь. Покрытые пламенем они выпрыгивали и падали с высоты, ломая ноги и иногда шеи. В любом случае всех встречали мои бойцы, добивая врагов, которым второго шанса сдаться уже не давали. Этот момент тоже должны запомнить все. Война всё же не первая и не последняя.