— Будут. Но сам понимаешь, их тоже мало, у врага хватает наёмников-амфибий. Их немного, но они есть и будут активно мешать. Так что особого чуда ждать не стоит. Дай Этий сможем партизанить и вылазки делать.
— Тоже неплохо. Ладно, пойду пока в бордель, — вампир хлопнул меня по плечу и в первый и последний раз окинул стены своим взглядом. — Стены вроде… целые… и… из камня… плевать.
Да уж, некоторые граждане с острова Пепла приплыли сюда не для победы, а для веселья. Ну такие они, чернокнижники, лишь дай доступ к телам, мясу и слабакам, над которыми можно доминировать. Поиграются, а затем как начнёт пахнуть жареным — сбегут. Хотя среди них встречались и довольно порядочные личности. С ними я также успею переговорить, но позже.
В любом случае, свою пользу принесёт каждый. В этом я не сомневался, ведь за них ручалась Телария. А Теларию в свою очередь все боялись. Так что они может и честно признаются в том, что побегут, но сделают это не сразу, а как только положение станет безвыходным. И то не все, для некоторых чернокнижников эта война являлась битвой за будущее. Будущее, в котором Эдем введёт послабления и перестанет их душить.
И это хорошее будущее, ведь согласитесь, довольно хорошо с обороной от бурь справляется демонолог, способный открыть разлом. Их нужно использовать, правда из-за неприятных и трагичных инцидентов в прошлом… репутация демонологов пострадала. Поэтому и приходится её теперь отмывать.
В любом случае, единства среди нас куда больше, чем среди врага. Ведь я не заставлял никого сражаться, а лишь показал им выгоду и попросил сделать выбор. И хоть империей мы не являлись и никогда являться не будем, но всё же стоим сейчас монолитным строем и даже когда я предложил эвакуировать всё население… никто не стал со мной спорить. Ведь все помнили, кто дал им это жильё, кто дал им пресную воду, спасал их жизни. Они доверяли мне, а я не собирался подводить их доверие.
Война будет выиграна. Сомнений в этом у меня уже не было. Вопрос только в том, какой ценой и с какими потерями мы выйдем из этого конфликта.
Глава 19
— Как же болят мои кости… — недовольно пробурчал я, стоя около штурвала Чёрно Каракатицы.
Сказывалось магическое истощение, ведь зелья по большей части не решали главной проблемы — перенапряжения. Мне нужен был долгий и качественный отдых, да вот только враг уже штурмовал остров Аймы. И я вроде не лез на рожон, однако то там нужно было закрыть брешь, то тут, крупица силы потрачена, затем ещё одна и так каждый день. В результате я сначала провалился с планом заманить вражеского адмирала в ловушку, а затем и вовсе глупо ошибся, получив ранение. Настолько глупо, что об этом даже не хотелось вспоминать, ведь ничего эпичного там не было от слова совсем.
Так или иначе я оставался жив и издали наблюдал за сгущающимися над островом тучами. Адмирал устроил блокаду, жестокую и беспощадную, сквозь которую даже опытнейшие контрабандисты не прорвутся. Мы старались кусать его оборону, нападали и тут же отступали, держа в напряжении резервы и арьергард. Авангард же шёл на штурмы каждый день и превращал в руины город.
Каждый день разведка доносила мне о потерях среди гарнизона. Рабы умирали чуть ли не сотнями каждый день, также пришлось оставить и воинов, ведь без контроля и командования рабы даже с ролью пушечного мяса бы не справились. Потери ужасали, но я всё равно держал себя в руках и просто выжидал, не позволяя чувствам взять верх над разумом. То же делали и основные силы.
Враг по началу не спешил, видимо боялся подвоха. Ну оно и понятно, ведь блокада хоть и установилась, но резкий удар с севера мог снять её в любой момент. И мои корабли адмирал видел через глаза разведчиков. Так что он не забывался. Однако с каждым днём штурмом солдаты врага становились всё смелее и наглее. Свежая отбивная в виде рабов служила отличной приманкой из-за которой вера в собственной силе росла не по дням, а по часам. Враг ощутил себя всесильным.
Я же продолжал считать и сомневаться. Врага всё ещё было слишком много и хоть его потенциал уже значительно сточился об отчаянную оборону живых и мёртвых, но адмирал и его гвардия полна сил. Затем, ровно в полночь, над островом загорелись сигнальные огни. Это означало, что Ридос Пир бросил в бой последние резервы, а некроманты выстроили заградительные отряды вокруг храма Этия.
Однако я всё равно не отдал приказ и подождал ещё несколько часов, дожидаясь момента пока последний раб погибнет и сыграет свою роль. И как только первый луч солнца был замечен сидящим на верхушки мачты Хорьком, то я подал сигнал к атаке. Время решающей битвы пришло, отступать больше некуда, измотать врага ещё больше невозможно, лучших условий не добиться.