— Начнем, а то итак потеряли время. — Последовал очередной приказ. — Ноги вместе, руки вытяни перед собой. — Я поспешила выполнить указания. — Да, так. А теперь стой так.
— Что? — Нахмурилась я.
— Выполнять.
Со вздохом я смирилась с его обучением, ведь сама просила. Спустя некоторое время мои руки затряслись от перенапряжения, но я упрямо не опускала их, хотя это было сродни пытки.
— Я больше не могу. — Взмолилась я, боль в мышцах увеличивалась.
— Держать. — Эван хмурился с каждой минутой все сильнее.
— Все. Не могу. — Руки безвольно повисли вдоль тела.
— Четыре минуты. Мало. — Сделал вывод мой учитель. — Так теперь садись.
— Прямо на траву? — Не успела я закончить одно, как король дал новое задание.
— Да. — Коротко ответил он и первый уселся на поляну, скрестив ноги, я последовала его примеру. — Закрывай глаза, слушай себя.
— Это, конечно, все хорошо, но зачем мы это все делаем? Когда мы уже делом займемся, а не всем этим… — Я неопределенно развела руками.
— Так, сейчас послушай меня внимательно. — Вздохнул он, словно я была маленьким непонимающим ребенком, которого ему дали понянчиться. — Концентрация и сосредоточенность — это важные составляющие действия: быть здесь и сейчас. Для мага, который хочет овладеть высшей силой, ты слишком несобранная. Нужно учиться ограничивать свое внимание на настоящем. Как ты сможешь подчинить стихии, если ты не владеешь своим телом и мыслями? Не в силах их контролировать. Также выносливость, ты даже не представляешь через что нужно пройти, чтобы обрести эфир, поэтому, если ты попросила меня взяться за тебя, я буду поступать так, как считаю нужным. — Закончил Эван и шепотом продолжил. — Просто, потому что я не хочу тебя потерять.
* * *
Дни я обычно проводила в библиотеке, болтала с Сэм, работала, а как только забегала Илли, смеялась вместе с ней. Но как только появлялся Эван, все менялось. Оказалось, скрывать отношения в замке еще сложнее, чем происхождение. Всюду чужие глаза и уши, которые могли что-то узнать, не так понять и начались бы новые слухи, которые могли дойти до Валериана, поэтому было принято решение скрывать наши взаимоотношения. Никто и подумать не мог, что за закрытыми дверьми библиотеки происходили совсем не чтения. А глубокие, будоражащие, страстные поцелуи. Ну, а по ночам, когда дворец засыпал мы могли прогуляться. Так было и в эту ночь.
Прохладный ветер развивал мои волосы, пока мы поднимались на самый верх центральной башни. Когда-то, по рассказам Хэйвуда, именно с этого места он почувствовал мою энергию и спас той злополучной ночью. Но в этот раз я не жертва, лишь наблюдающий человек, решивший насладиться вместе с возлюбленным звездным небом.
Открывшийся моему взору пейзаж захватывал дух. Темное, чуть ли не черное небо покрывали маленькие звезды. Горящие так ярко, что могли соревноваться с луной. Зачарованный туман слегка поблескивал вдали, создавая мерцание на водной глади. Тот самый океан, бушующий в ночь моей гибели сейчас был спокоен. Как же это странно видеть место, в котором мог умереть. Где-то там вдали был Ардент. Мой дом, ставший пристанищем для другого.
— О чем думаешь? — Тихо спросил Эван, бережно обнимая меня со спины.
— Я тоскую по дому. Не подумай, что Оганес мне не нравится, это место стало для меня родным, в нем я второй раз родилась. Но мне горько, что я умудрилась подарить свою страну жалкому мерзавцу. Я не представляю, что сейчас там творится, но надеюсь люди не менее счастливы.
— Мы обязательно все узнаем, дай время моим людям на подготовку, и ты получишь все ответы. — Я кивнула, а руки Эвана стали мягко растирать мои плечи.
Погода становилась все более теплой, поэтому я позволила себе надеть платье с приспущенными рукавами. Но ветер Оганеса оказался холоднее, чем предполагалось, поэтому тело покрывала мелкая дрожь, которая лишь с прикосновением рук Эвана постепенно утихала.
— Мои родители всегда верили в меня. Папа бы сказал не сдаваться, мама бы плакала каждый раз, когда видела мои слезы, а брат, он бы давно сразился с Валерианом. Но их нет. — Я повернула голову к Эвану, наши взгляды встретились, по щеке покатилась слеза. — Я не могу забыть то, что он отнял у меня семью. Не могу простить себя за то, что потеряла королевство, доверенное мне.