— Да, Олберт — папа и Александра — мама. Они были чудесные, мне их не хватает. — Вздохнула я.
Деревья парка шелестели, придавая более пугающую атмосферу, каменные фигуры погибшей королевской четы казались слишком хмурыми и даже немного пугающими. Тут все пропахло разрухой, место, где я наслаждалась раньше красотой, превратилось в место ужасов. Хотя многие теплые воспоминания были связаны с этим местом, но теперь, будто я была здесь чужой. Будто я находилась на кладбище, а фонтан служил своего рода могильной плитой. Изображенные личности погибли в этом месте, их сын погиб вместе с ними, а человек, который заказал скульптуры тоже теперь навеки остался среди пепла, отсрочив свою смерть на три года, чтобы помочь мне выжить.
— Ты уверена, что мы здесь можем перекантоваться? — Голос Саманты вывел меня из размышлений, и я повернулась к ней лицом. — Слишком, так сказать, атмосферно и колоритно. А я хотела помыться и поесть.
— Ладно, я знаю, куда мы можем пойти, и где попросить помощи.
«Только бы нас не выгнали.»
* * *
— Стучи уже, — поторапливала меня Саманта, пока я мялась у двери своей преподавательницы.
Леди Андерсон, как я знала, приобрела себе домик на побережье и перебралась в него, чтобы никто не докучал женщине доживать последние года, хотя, к слову, женщина выглядела для своего возраста просто великолепно.
Наконец, собравшись с силами и сказав себе, что леди Дженны вообще может не быть дома, постучала в дверной молоток.
Несколько минут мы стояли и ждали хотя бы каких-то проявлений жизни по ту сторону двери, но их не было. Казалось, мои мысли сбылись, и женщины действительно не было в доме.
Когда я уже хотела уходить и думать, что делать дальше, дверь отворилась и передо мной встала гроза принцев и принцесс, Дженна Андерсон. Она выглядела бледной, сильно похудела, скулы сильнее проступали на ее лице, а морщины исполосовали кожу. С нашей последней встречи она постарела, что-то видимо произошло. Иначе, что могло так повлиять на эту непробиваемую и сильную характером женщину? Сначала она осмотрела мельком Саманту, но, когда ее взгляд нашел меня, узнавание мелькнуло в ее глазах, и она побледнела еще сильнее, хотя, казалось, бледнее уже некуда.
* * *
— Вот так и вышло. — Закончила я свой рассказ о том, как выжила, и почему женщина сейчас видела оживший труп прямо перед собой. — А теперь мне нужно вернуть свое.
Мы сидели в гостиной в этом милом маленьком домике, его стиль и обстановка полностью отражали характер леди, лаконичные и строгие линии, ничего лишнего. В гостиной были три бежевые стены и одна кирпичная, у которой стоял большой книжный шкаф, наполненный книгами, одно большое окно, что освещало все пространство, пару серых кресел и коричневый кожаный диван, перед которым стоял небольшой белый столик, где лежали пышные булочки с джемом, которые уплетала Саманта, запивая горячим чаем.
— Ты изменилась. — Задумчиво проговорила преподавательница.
— Наверное. — Пожала я плечами.
— Стала более ответственная и собранная нежели раньше. — На эти слова Сэм поперхнулась и поспешила извиниться.
Мы еще долго разговаривали, я рассказала, что жила все это время в Оганесе, пытаясь избежать имя Эвана в своей речи. Думая, что чем меньше его озвучивать, тем быстрее оно забудется.
— Ты любишь мальчишку. — Заключила леди Андерсон, она всегда была слишком проницательна.
— Не знаю. — Горько вздохнула я.
— А он тебя любит?
— Вряд-ли, — сказала я и, увидев, что Саманта хочет возразить, покачала головой, она не знала о книге и душах, поэтому не могла рационально судить. — Помогите нам, пожалуйста, проникнуть во дворец. — Перевела тему я на более важную и менее болезненную.
— Чем смогу, помогу. — Кивнула женщина.
Глава 53
Ардент, Цениса
Август.
В легком полумраке прямо перед камином на полу сидела женщина, она гладила темные волосы своей дочери, мечтая закончить ее мучения. Изо дня в день Изабелла только и делала, что винила себя в содеянном. Каждый раз, когда девушка возвращалась от своего садиста, матушка успокаивала ее, гладила и целовала. Этот раз не стал для них исключением. Пусть раньше отношения между Кассандрой и леди Изабеллой были не столь теплыми и семейными, сейчас они были одним целым. Спустя столько времени Изабелла поняла, что единственным злом в этом замке была она. Не Элиза, не Александра — ее сестра. Лишь она. Особенно после того, как заключила сделку с водным королем.