Слезы заполонили глаза так, что я не могла ничего разглядеть, но откуда-то показалась знакомая старая рука.
«Корнелиус.» — Подумала я. Он нашел меня и готов спасти.
— А-А-А, — раздался крик матушки.
— Нет, нет, нет… Мама! — Резко подскочив на ноги, я поняла, что заснула.
«Опять кошмары. Они вернулись.» — Я потерла руками лицо и села на край кровати.
Почему каждый раз я вижу одну и ту же сцену, только разные ее отрывки, но так и не могу полностью все вспомнить. Картинка все не складывалась. Похоже, шок в тот день был таким сильным, что это воспоминание врезалось мне в память, а теперь мучает в страшных кошмарах.
«Неужели, это никогда не кончится, и я всю жизнь не смогу нормально спать…» — Раскинув руки, обессиленная, я плюхнулась на кровать и вскоре заснула. На этот раз никакие кошмары больше меня не тревожили, но и сон не казался таким же сладким, как когда-то.
Глава 13
Позавтракать мы договорились с женихом, нам накрыли в его покоях прекрасный стол. Яичница лежала на тостах из зернового хлеба и манила своим пряным ароматом, повар всегда, готовя это блюдо добавлял какие-то незнакомые мне травы, они делали его деликатесом. Рядом на тарелке лежала нарезка разных сыров, однако главное, что притягивало мой взор кружки, из которых исходил легких пар, разносящий аромат кофе по всей комнате. Напиток действительно вскружил голову. Апартаменты Валериана были богато обставлены, здесь всегда селили правящие семьи, но любимый прибыл один и в его распоряжении теперь было множество комнат. Сейчас мы находились в одной из его гостиных. Комната была обставлена мебелью из красного дерева, стулья обшили лиловой тканью, такой же цвет встречался по всей территории — шторы, скатерть, маленький коврик, лежащий под моими ногами, плед, накинутый на диван, который стоял в дальнем углу. Да и в целом, гостиная напоминала комнату принцессы, ее сделали по заказу несколько лет назад, когда ждали в гости правящую семью Соиля. Ее высочество, малышка Ева, восторгалась лиловым. Но тут из потока мыслей меня вытянул улыбающийся Валериан. Как всегда, идеально красив и статен, а его небрежно растрепанные от ветра локоны добавили немного легкости в образ короля.
— Надеюсь, я не заставил вас себя долго ждать, моя королева, — протянул он, словно мурлыкающий кот, и присел рядом со мной на диванчик. — Вы же знаете, что вы для меня единственная любовь? Мы поженимся и будем вместе на веки вечные, Элиза. Ты меня любишь?
— Конечно, люблю, что за вопросы? — Я преданно посмотрела в его аквамариновые глаза, а он ласково погладил меня по голове, немного растрепав прическу.
— Я тоже тебя люблю, дорогая. — Он спустил руку с моей головы на талию и слегка приобнял. — А как там обстоят дела с Сенатом?
Его вопрос меня малость огорошил, и легкий флирт сошел на нет, его заметило смятение.
— Ох, Валериан, никто из членов Сената не сознается, говорят, что ничего не знают и вообще не имеют к гибели родителей никакого отношения. Дядюшка вообще сказал, что ему мой отец, конечно, не нравился, однако, он не хотел, чтобы на престол взошла глупая девчонка. Ты представляешь, он назвал меня глупой девчонкой, будучи запертым в темнице. Меня — королеву Ардента.
— Милая, ты у меня самая умненькая, — его голос сочился искренностью. — Они все тебя обманывают, ты же мне веришь?
— Да, любимый, верю. Я итак понимаю, что Сенат морочат мне голову, сколько же будет продолжаться все это. Я так устала от лжи. Ты — мой единственный островок спокойствия. — Я взяла кружку кофе в руки и только поднесла к губам, как в дверь громко постучали, не давая мне насладиться прекрасным напитком.
— Войдите. — Позволил появиться третьему человеку в своих покоях жених. Вошел молодой парень, очевидно служащий во дворце. — Что ты хотел? — Небрежно бросил Валериан, словно хотел отмахнуться от юноши, как от какой-то мухи.
— Ваше Величество, Корнелиус передал вам, что дела не ждут, и настоятельно рекомендовал вам сейчас же выдвинуться в кабинет. — Немного дрогнувшим голосом поведал парень и, склонившись, вышел.
* * *
— Какого черта?! — Воскликнула я, прочитав документ, который очевидно совершенно случайно попал мне в руки.
Тяжелый день, давило абсолютно все, начиная близкими людьми, заканчивая слепящим солнцем, которое, пробиваясь сквозь неплотные шторы, не давало мне работать. Хотелось, чтобы папин кабинет погряз во мраке, однако, видимо, кто-то хотел, чтобы во мраке погряз весь Ардент.
Ничего не предвещало беды, разумеется, кроме моего сегодняшнего отвратительного настроения. Я перебирала бумаги, лежащие не совсем аккуратными стопками на столе, что-то надо было подписать, что-то отдать на доработку, что-то просто прочесть, в общем накопилось много бумажной работы за мое отсутствие, которую я по сей день разбирала. Но наткнулась на очень интересный документ, выглядящий совсем невзрачно, если бы он не упал со стола мне под ноги, я бы его не заметила. Обыкновенный сверток, однако дорогая бумага обратила на себя мое внимание, и я наклонилась вниз, чтобы посмотреть, что это такое.