– Я решил – ты будешь моей. – В его светло-карих глазах появилась безумная одержимость. Он увидел в Шевалье свой идеал. – Тем более я имею на это полное право, мадемуазель.
– Я никому не принадлежу. – Ася начала отряхивать с себя его липкий запах. Это не совсем помогало, но морально успокаивало. Ей было жаль одежду, но она уже решила, что после возвращения сожжет её. – А теперь я пойду. – Мнение о нём полностью составилось в голове. Это заполнило пробелы в информации, так что она не желала оставаться рядом с ним ни секунды, однако её схватили за руку. Опять. Только собиравшиеся менять цвет радужки вновь наполнились красным. Килиан притянул тыльную сторону ладони девушки и, слегка наклонившись, оставил поцелуй.
В ней вскипело всё. Каждая венка вздулась, наполняя её силой. Клыки вытянулись. Девушка могла стерпеть многое, но не прикосновение губ. Ася честно собиралась выслушать Валенсия и уничтожить ублюдка перед ней вместе с ним, но он сам её вывел. Шевалье вложила столько сил в то, чтобы стряхнуть его руку, что Фицроя отшвырнуло в стену в начало коридора.
– Восхитительно. – Его привлекала её холодная ярость. Облик девушки накладывался на воспоминания о первородном. Влюблённый взгляд юнца не дал ей остановиться на одном ударе. – Мы вдвоём будем править этим миром, – прохрипел Килиан, когда был схвачен за шею.
Когти беловолосой бестии впились в глотку ненавистного вампира. Юноша нежно погладил ладонью её щёку. Искры ярости посыпались из глаз. Она сдавила бы его сильнее, но между ними возникла женщина. Её удар по рукам заставил отступить. Чтобы Ася снова не напала на противника, перед ней встал Валенсий. Теперь перед глазами находился любимый, а не мерзкий тип с царём в голове.
– Килиан, ты в порядке? – Са Ми присела рядом с ним, но не стала протягивать руку. Рана на его шее мгновенно затянулась.
– Да. Но не нужно было встревать. – Фицрой самостоятельно поднялся. Ито тоже не осталась сидеть. – Мы всего лишь забавлялись. – Его взгляд буквально приклеился к девушке. Но она отвернулась, не желая снова смотреть на него.
Её глаза продолжали пылать, хотя на плечах лежали большие родные руки. Они не сдавливали и не делали больно, а тем более ни к чему не принуждали. Хоть и старалась не показывать, но тело девушки дрожало, а лицо отражало отвращение. Ненависть, гнев, жажда мести всё ещё горели в ней, сжигая остатки потреблённой крови. Видя такое отчаянное состояние Аси, Валенсий не смог сдержаться и обрушил свою ярость на Фицроя, впечатав кулак в стену рядом с его головой. Его радужки полностью почернели, словно бушующее море во время грозы.
– Валенсий! – Сиам схватил Руса за плечо, останавливая от ошибки. – Ты же знаешь, чем обернётся его убийство. Если своя жизнь не дорога, мир не втягивай в войну.
– Не жди пощады, – ледяным тоном произнёс мужчина, вынимая руку из отверстия в стене. – Следующий год станет для тебя последним. – Этот язык, а особенно его наречие знал только Фицрой, считающий себя правителем, поэтому понять слова, брошенные Валенсием, смог только он.
– Я определился с целью, так что тем, кто потеряет всё, будешь ты. – Килиан лишь многозначительно улыбнулся в ответ, кинув взгляд на Асю, и лёгкой походкой ушёл с места преступления.
Шторм стих. Шевалье посмотрела на всех присутствующих, но задержался её взор на женщине с длинными русыми волосами, собранными в низкий хвост. Янтарные раскосые глаза вцепились в неё, но ненадолго. Валенсий взял девушку за руку и увёл подальше от всех. В молчании они добрались до своего номера.
– Что, чёрт возьми, произошло? – Он развернул её и прижал к двери с внутренней стороны.
– Фицрой ждал за углом. – Ася уже не могла выдерживать преследующее её ощущение поцелуя. Повезло, что на руках были надеты перчатки. Она аккуратно стянула чёрную ткань и бросила на пол. – Особо ничего не случилось, но этот урод во всём сознался. Я не стала мешать ему снимать повязку, чтобы посмотреть в глаза, но, кажется, зря это сделала. Ненавижу его. Он посмел поцеловать мою руку, насильно схватив её. Это меня взбесило окончательно, прости.