Валенсий заключил девушку в свои ласковые крепкие объятия. В душе разлилось тепло. Она вдохнула его освежающий морской аромат и расслабилась. Дрожь окончательно прошла. Липкий едкий запах больше не беспокоил. Он держал её, желая остаться так навсегда. Ему не хотелось разделяться с ней ни на секунду. Когда мужчина видел страдания на её лице, его тело ощущало острую боль, будто он и сам страдал не меньше. Она стала его продолжением, частью его самого. Разум охватывал гнев, вытесняя привычную рациональность, каждый раз, когда её трясло. Ася дышала им, а Валенсий жил ей. Однако каждый из этого дуэта принял самостоятельное решение.
– «Я убью его». – Шевалье поставила в приоритет новую цель.
– «Я уничтожу его». – Рус уже готовил план, чтобы окончательно и бесповоротно стереть всё связанное с ним и его самого.
Глава 18
Ночь выглядела тоскливо. Ни луны, ни звёзд – всё заполонили тёмные грузные тучи. После короткого разговора Ася и Валенсий покинули территорию Абади на частном самолёте и спустя несколько часов вернулись во владения Русов. Их мысли были заняты разными планами, поэтому каждый, полностью погрузившись в себя, не замечал мрачную зловещую тишину.
Город выглядел по-прежнему ярким. Свет горел в каждом уголке. Жизнь кипела в любое время суток. Поэтому люди не боялись ночи, не опасались тьмы, не страшились сказок наподобие вампиров. Их бурлящая суета казалась мирной и спокойной в глазах той, кто перешёл черту. Она всегда стремилась к чему-то несуществующему. Её это завораживало и притягивало. Но эта сказка превратилась в реальность ещё более жестокую чем та, с которой девушка уже успела познакомиться. Теперь шумные компании, опьянение, сонливость, возбуждение, мечта отдалились от неё настолько, что казались непривычными. Но Ася не жалела ни о чём.
Вернувшись домой утром, они разошлись в разные комнаты, не проронив ни слова. Девушка сразу же переоделась в другую более удобную одежду и, захватив пакет крови с кухни, заперлась у себя. Валенсий же, закрывшись в личном кабинете, разорвал более мирный план действий и сжёг его. Разложив по полочкам дальнейшие шаги, он смиренно дожидался утра.
То была ночь, когда заканчивался старый год и начинался новый. Для вампиров это праздничное событие не имело смысла, но каждый из них учитывал людское поведение в своих планах. Если отобрать у них сладкую недоступную в обычные дни атмосферу волшебства, то это могло навлечь всеобщий гнев. И противники знали, что после празднеств люди наиболее уязвимы. Каждый ждал, чтобы сделать свой ход. Каждый готовился нанести первый удар. И тем, кто раньше передвинул шахматную фигуру, оказался Валенсий Рус.
Ася, ещё не зная о планах кровопролитной партии, снова встала на тропу разветвлённого древа будущего. Её положение сильно сместилось и почти перешло к позитивному ключу, но она не ушла далеко. Счастье казалось слишком шатким. Вместо того, чтобы посмотреть подсказки для лучшего исхода, её рука потянулась к негативной ветви с левой стороны.
Пылал огонь. Небо закрывали дым и пепел, летавшие в воздухе. Звучали взрывы и крики. Люди стреляли, убивая подряд всех без исключения. Дети плакали рядом с истекающими кровью родителями, которые пытались их защитить. Военная техника давила противников и обычных граждан, не жалея никого. Летала и жужжащая техника без пилотов. То, что раньше использовали в мирных целях, применили на поле боя. Она стояла в центре этого хаоса, держа на руках отца.
– Нет! – Её выбросило в реальность. Дыхание ускорилось. Жажда сжигала горло, но рассудок не покинул девушку. Ася сразу же открыла пакет и выпила содержимое. Вкус пороха заполнил рот. От воспоминаний о возможном будущем тошнота подступила к горлу. Шевалье поднялась с кровати и поспешила к Валенсию, но на её пути возник Бенти.
– Брат уехал по делам. – Он перехватил её, когда поднимался по лестнице после завтрака. Тьма всё ещё контролировала небо, поэтому казалось, что ночь не отступила. – Что с тобой?
– Просто… Мне тревожно. – Девушка, выдохнув, опустила голову ему на плечо. – «Этого не случится. Это всего лишь возможный вариант. Сейчас я ближе к счастливой дороге», – успокаивала она себя подобными мыслями.